С Земли сразу посыпались уточнения. Мы отвечали, что живы, все в сознании и идём на спуск. Потом пошли парашюты.

Первый рывок.

Потом второй.

Посадка, впрочем, и не думала становиться лёгкой. Нас ещё потрясло, поболтало, ещё пару раз дёрнуло. Да так, что я потом ещё долго ощущал это всем позвоночником. Потом корабль резко просел, снаружи коротко грохнуло, и почти сразу вслед за этим последовал удар о землю.

Я стукнулся затылком о ложемент, выругался и несколько секунд просто лежал, пытаясь понять, все ли кости остались при мне.

— Все живы? — спросил Гагарин.

— Жив, — ответил я.

— Жив, — отозвался Волынов.

Некоторое время мы просто молча дышали и приходили в себя.

Потом снаружи пошли звуки. Шаги. Крики. Гул техники. Где-то рядом уже работали люди.

— Нашли, — сказал Волынов.

— А куда бы они делись, — буркнул я.

Хотя, если честно, в этот момент мне хотелось не бурчать, а рассмеяться от облегчения.

Люк открыли не сразу. Снаружи сначала что-то проверяли, переговаривались, стучали по корпусу. Потом внутрь наконец проникли свет, воздух и голоса.

Когда нас начали вытаскивать, ноги у меня были будто чужими. Земное притяжение после полёта навалилось на тело. Хотелось сесть и немного посидеть, прежде чем снова подняться и куда-то идти.

— Аккуратно, — сказал кто-то из спасателей. — Не дёргайте.

Меня вытащили наружу, и я увидел ясное, голубое небо. Ощутил кожей тёплый ветер, почувствовал запах травы.

Я улыбнулся и только сейчас позволил себе расслабиться — мы дома. Всё закончилось. Миссия прошла успешно. Полная и безоговорочная победа.

Нас сразу окружили медики, спасатели. Кажется, здесь даже кто-то из комиссии и военных был. Чей-то голос успел сказать слово «исторический», и я внутренне поморщился.

Историческим оно станет потом. А сейчас я хотел пить, спать и чтобы мне дали минут десять просто посидеть и ни с кем не говорить.

Не дали, разумеется.

Нас увезли сначала на первичный осмотр, потом в изоляцию. С Луны вернулись? Вернулись. Значит, извольте теперь посидеть в карантине и не возмущаться. Мало ли что вы там с собой притащили, кроме камней, пыли и славы.

Хотя это я просто ворчал внутренне по-стариковски. Карантин был вещью абсолютно правильной и нужной. Но за врачами было забавно наблюдать.

Они крутились вокруг нас с таким видом, будто ждали, что мы вот-вот превратимся в зелёных человечков. Нас осматривали, расспрашивали, замеряли, заставляли вспоминать каждую мелочь, потом снова осматривали, брали анализы, снимали показания, слушали, как мы дышим, щупали пульс, интересовались сном, аппетитом и самочувствием.