— Так и есть, — сказала Катя и рассмеялась. — Но я ведь сразу видела, что Серёжа без полётов не сможет. Это ведь даже не работа. Это часть его. Характер. Сущность. Его можно, наверное, на земле удержать, уговорить как-то, но счастливым он от этого не станет.

Она замолчала ненадолго, прислушиваясь к себе. Где-то внизу живота снова неприятно потянуло, но быстро отпустило. Катя чуть повела плечом, будто стряхивая с себя это ощущение, и продолжила так же спокойно:

— Я потому и не пыталась никогда переделывать его или что-то навязывать. Полюбила таким, какой есть. А значит, приняла и всё остальное. И полёты. И выезды. И космос. И возможные риски. Тебе тоже стоит принять всё это. Ведь Коля тоже выбрал этот путь, а значит, рано или поздно он тоже окажется там, среди звёзд.

Когда Катя говорила последнюю фразу, у неё на лице появилась совсем другая улыбка — мечтательная, девчоночья.

— Не помню, говорила ли, но я ведь и сама мечтала там побывать, — сказала она. — Не просто рядом постоять и посмотреть, а именно там. Наверху.

Марина посмотрела на неё с удивлением.

— Серьёзно?

— А почему нет? — Катя чуть пожала плечами. — Только здоровье не позволило, вот и конец мечте пришёл. А так… я очень хорошо понимаю эту одержимость. Понимаю, почему они туда рвутся. Потому и на Серёжу злиться за это не умею. Он делает то, о чём мечтает. Разве это плохо?

Марина опустила взгляд в чашку и неопределённо мотнула головой.

— Вам в этом смысле повезло, — проговорила она. — Одинаковые увлечения. А мы с Колей всё-таки разные. Я же понимаю, что я… другая. Он всё на небо смотрит, а я, наверное, больше к земле привязана.

Катя усмехнулась.

— Глупости. Да даже если и так. Ну и что? Вам это не мешает. Вы со стороны выглядите счастливыми.

Марина смутилась. На щеках у неё заиграли ямочки, а глаза заблестели, взгляд потеплел.

Она машинально начала теребить край платка и тихо проговорила:

— Коля замечательный муж. Мне с ним повезло. Тут спорить не буду.

— Это видно, — кивнула Катя и улыбнулась. — Он на тебя смотрит так, будто ты единственная на всём белом свете.

Марина зарделась и хотела что-то сказать, но заметила, что в поведении подруги что-то неуловимо изменилось. Катя осторожно положила чашку на стол и обе руки положила на живот. Замерла.

Вдруг у неё лицо резко изменилось. На лице проступила гримаса боли. Всё случилось так быстро, что Марина напряглась, а потом выпрямилась, готовая вскочить в любую секунду.

Катя побледнела, взгляд ушёл куда-то в сторону. Словно она прислушивалась к чему-то.

— Кать? — осторожно позвала Марина. — Что такое?