Не знаю. Я попытался пошевелить руками, ощупать свою физиономию. Ладони не ощутили кожи лица, а лицо — прикосновений.

Хозяин. Рано же вы здесь очутились.

Вновь эти слова… надписи… мысли… Чёрт знает что это такое. Скорее мысли, да. Но совершенно чужие, пришедшие откуда-то извне.

— Где «здесь»? — на автомате спросил я. — Где ты? Кто ты?

Ни один из вопросов не был произнесён. Я вновь не сумел издать ни звука.

А-а… Так вы ещё живы, хозяин? Странно. Тогда вам лучше поскорее выбраться на поверхность.

Чёрт, да кто бы ты ни был — я и без тебя понимаю, что мне пора отсюда выбираться! Звон в ушах уже скорее раздражающий, будто кто-то стучит по стеклу молоточком. Ощущение удушливой вязкости вокруг только нарастает…

Но как⁈ Я попытался прислушаться ко внутреннему чувству направления. Попытался последовать за ним — но по ощущениям не сдвинулся ни на шаг.

Герой хренов. Ну что, взял ответственность за себя в свои руки? Ишь, спасатель выискался!

Увлечённый смесью из самобичевания и злых попыток выбраться из кромешной тьмы, в которой я даже собственного тела не чувствую, я не сразу осознал, что мне в голову продолжают долбить чужие мысли.

Теперь — отчётливо тревожные.

Хозяин! Прошу, идите вверх. По-настоящему, не метафорически! Вам нельзя погибать, тогда мне после рождения будет плохо!

Стоп. Хозяин… После рождения… Бабай⁈

— Бабай⁈ — рефлекторно выпалил я, заранее готовясь к очередному провалу. Но провала не случилось!

Мой голос — тихий, сдавленный, похожий на хриплый шёпот, точно был. Достиг моего слуха, пусть и будто сквозь толщу земли. Стоп.

Толщу земли? Идите наверх? По-настоящему, а не метафорически?

Я что, в толще земли оказался⁈

От одной этой мысли сердце ушло в пятки. Пусть я уже ходил в астрале сквозь твёрдые предметы, и ум понимал, что это возможно. Но недавние мысли о смерти и память тела сделали своё дело — ощутив себя погребённым заживо, я зажмурился и стал мысленно перебирать ногами, желая подняться выше, и выше, и выше.

Звон стал заметно тише. И сквозь него я услышал другие, новые, звуки, прорезавшие тишину. Только тогда распахнул глаза.

И открыл рот от удивления, как праздный турист. Я сидел на свежем земляном холмике, у гробовой плиты. Кругом стелился бледный зеленоватый туман. А над головой светило… нет, скорее уж поглощало свет, маленькое чёрное солнце.

Хозяин. Я чую вас. Я скоро доберусь до вас. Только не умирайте! И ничего здесь не делайте частью себя!

Всё те же бесплотные слова-мысли немного привели меня в чувство. Но я всё равно едва не подпрыгнул, когда услышал скрипучий старческий голос за спиной: