Я кивнул.

— Лысый сказал, что я пригожусь в качестве языка. Не знаю, что такого я могу вам рассказать, да и кто вы такие… Но я всё расскажу, что спросите! Чего мне скрывать-то?

Я постарался говорить нарочито простодушно, но с подобающей робостью. Управляя трущобами, они вряд ли знали каждого мальчишку-ныряльщика — но того, кто был предназначен на роль жертвы, но сорвался, могли и запомнить.

Так что я решил играть в деревенского паренька — достаточно смелого и дерзкого, чтобы нырять за жемчугом, но достаточно близко подошедшего к смерти, чтобы ценить жизнь.

— Ещё раз назовёшь меня лысым, и… — отточенный жест ладонью со стороны Старшего прервал злую речь лысого. Старший осуждающе покачал головой.

— А что ты, друг мой, можешь похвастать пышной шевелюрой? Парень дал тебе имя, которое дал бы любой встречный.

— К демонам морским такое имя.

— Вернёмся к делу. Значит ты, Авий Эолан, просто гулял по опушке под руку с юной Бессмертной леди, и не знаешь, о чём можешь нам рассказать. Верно?

— Нет. — я помотал головой. — Неверно, почтенный Старший. Я никогда не гулял с этой леди под руку.

Новый удар ладонью по затылку. Но к нему я уже был готов, так что вовремя чуть наклонил голову вперёд и особо не пострадал. Зато физиономию Старшего тронула едва заметная улыбка.

В отличии от лысого идиота, он сразу понял, что мои слова были не пустой дерзостью, а намёком на то, что я готов рассказывать о себе и о «Бессмертной леди».

Но, вместо нового вопроса, Старший взял что-то со стола. Зазвенели железки, и он вынул из груды хлама один предмет. Что-то, напоминающее миниатюрные дачные грабельки с четырьмя тонкими изогнутыми зубцами.

Только на конце каждого зубца — узкое слегка закрученное лезвие, усеянное мельчайшими зубцами.

В том, что эта вещь — как и щипцы, которые я теперь разглядел в груде железа, как и странные штуковины с винтами — не предназначены ни для чего хорошего.

Пальцы невольно задрожали. Да какие там пальцы — меня всего перекосило, и я даже не думал как-то сдерживать этот спазм. Деревенский мальчишка так и должен реагировать.

А офисный работник с Земли чуть за тридцать — и подавно. Чёрт возьми… Твою-то мать! На Земле, ожидая встречи с бывшим боссом, я много о чём думал — о банальном избиении, резиновых палках по почкам, голове в полиэтиленовом пакете и окунании мордой в сортир.

Да много о чём. Фантазия выходцев из 90-х, да и их современных наследничков, не сильно беднее, чем у Инквизиции, надо полагать. Но я и подумать не мог, что в жизни мне доведётся вот так глядеть на настоящее пыточное устройство.