А в том, что это именно оно, нет никаких сомнений.

— Не знаю. — наконец произнёс я негромко, сумев совладать с собой. — Но д… догадываюсь.

Старший покачал головой. Взвесил достаточно миниатюрный предмет в руке. Мне вдруг пришла мысль — они же трансмутаторы, притом школы духа и плоти… так зачем этот фарс? Зачем эти железки, если они могут просто заживо меня на запчасти разобрать?

— Это кошачья лапа. — с ноткой дружелюбия, будто рассказывая занимательный факт, поведал Старший. — Заточенными концами лезвий она проникает под кожу. Видишь, здесь концы лезвий загнуты, как маленькие крюки, и чуть наискось. Вот таким вот движением концы крюков вводятся под кожу. А вот… таким лёгким проворотом отделяют разом четыре полоски. Затем, продолжая лёгкий доворот на себя, тянем вниз, вдоль кожи — и получаем четыре тонких кожаных полосы нужной длины. Затем — щёлк! Заканчиваем процедуру. Это не очень опасно, мы всё-таки должны заботиться о здоровье наших братьев и сестёр. Но очень, очень больно.

Теперь я понял, почему не трансмутация и причём тут это ржавое железо. Пока слушал размеренную, похожую на мурлыканье кошки, речь Старшего, успел вспотеть раза три.

Нет… нет, мать вашу, я ни черта не герой дешёвых боевичков. Я, сука, всё отдал за вторую жизнь здесь… И сейчас, слушая этого дружелюбного парня десять раз осознал, как дорожу этим приобретением!

Потом перед глазами сама собой всплыла моя способность:

«Последняя попытка»: Один раз в жизни вы избегаете одной смерти. В случае вашей гибели, вы один раз будете восстановлены в состоянии, минимально пригодном для дальнейшего поддержания жизни и в ближайшем безопасном для выживания месте.

Как раз в этот момент Старший мягко, с добродушной улыбкой, произнёс: «Это не очень опасно»…

Я сглотнул. Постарался не представлять, что способность может посчитать «минимально пригодным для поддержания жизни состоянием» и не думать, буду ли я пригоден для жизни без рук-ног, или половины кожи на теле.

Особенно если ублюдки прибегнут-таки к трансмутации. Тогда я точно не сдохну до тех пор, пока они этого не пожелают. Юрна с её шрамами — живое тому доказательство.

— Что вам нужно-то? — откашлявшись спросил я. Во рту снова пересохло, хотя лицо всё ещё мокрое от черпака воды. — Я понял, что вы без труда меня запытаете! Так скажите, что вам нужно, да я…

— Постой, Авий Эолан. Смотри. — он положил «кошачью лапу» на стол и взял взамен нечто иное. Какой-то неказистый грушевидный прибор на толстом винте и с вращающейся рукоятью. — Это — алый цветок. Вижу вопрос в твоих глазах, почему цветок? Отвечу. Вот эту часть помещают в рот, или… с другой стороны. После чего…