Тогда Милар не особо понимал, зачем два Старших Магистра на одного Арда (учитывая, что всецело доверял своему напарнику и верил, что тот не оставил бы пост без самых серьезных на то причин ), но после отчета о разрушениях, учиненных странной пургой, и после того, что видел сейчас…

Раньше капитан не верил в легенды о том, что для битв с Арором и Темным Магом Империи приходилось отправлять целые группы из Старших и Гранд Магистров. И возвращались обратно далеко не все… Теперь же он не то чтобы убедился в достоверности, а скорее не хотел думать о том, что произойдет, если вдруг, исходя из какого-то невероятного мотива, Ард может сменить сторону.

Следуя за напарником, Милару порой казалось, что он идет вовсе не за человеком… ладно — полукровкой человека и матабар, а за чем-то, даже не «кем-то», совсем другим. Чем-то, чему место в детских сказках, что должно оставаться на страницах учебников истории, рассказывающих о временах Галеса и Эктасса.

— Постой немного, — попросил его ледяной, скрипящий снегом голос. — Я попрошу Льды и Снега поделиться своим воспоминанием.

— Да-да, — поднял ладони Милар и хмыкнул так, будто услышал нечто, что ему Эльвира рассказывала буквально каждое утро. Вот прям вместо забавных, а порой и не очень, историй о их детях и домашних заботах — благо, после летних приключений Милару подняли оклад, и жена смогла наконец уйти с работы. — Давай. Конечно. У льда и снега. Попроси там что-то… А на меня не обращай внимания. Ну и ничего, что я отдохну не на Лазурном море, а на тоже вполне себе лазурной, но койке душевнобольных…

Милар мог бы продолжать ворчать и дальше, но Ард его, скорее всего, уже не слышал. Он встал прямо посреди крыши и, широко раскрыв свои «глаза», занес посох, а затем с силой ударил им по деревянному настилу. Капитан уже видел нечто подобное в подземном святилище поместья древнего вампира, так что… все равно удивился. Далеко не каждый день видишь, как твердь обращается водной гладью и расходится волнами под твоими собственными ногами.

Зазвенели сосульки. Будто Милар на краткий миг оказался в зимнем лесу, где пели зимние птицы, смеялись играющие в снежные войнушки дети, а руку согревала другая рука — рука его жены. На мгновение капитан даже увидел выросшие прямо в воздухе, одетые в белые шубы деревья. Скорее красивые, нежели пугающие.

Так что нет — Ард его не пугал. Скорее напротив. Взгляд юноши, несмотря на то, что затянулся морозным туманом, оставался все таким же мягким, как и прежде. И даже явившаяся на его зов зима казалась какой-то… теплой. Веселой и игривой.