У длинной барной стойки на стульях разных высот сидели одиночки, болтавшие с барменами, а те, в свою очередь, прикрывали спинами выставку пузатых бутылок, на которых из-за дыма не различишь ни ценников, ни этикеток.

И только на сцене в этот раз никто не выступал, а столы и стулья, стоявшие рядом с внешней стеной, пустовали. Посетители забивались все глубже внутрь и подальше от входа. Несмотря на то что Первородные в массе своей куда лучше переносили погодные изменения, холод добирался и до них.

Ардан, выстукивая посохом, неизменно привлекал внимание и чувствовал покалывание чужих, любопытствующих взглядов, но не придавал тому особого значения.

Подойдя к свободному месту у стойки, он постучал костяшками по лакированному дереву. Вскоре к нему подошел угрюмый дворф с бровями, на уголках которых маячили украшенные рунными камешками косички. Уроженец Ральских подгорий. Там так было принято.

— Добрый вечер, — поздоровался он нарочито холодно.

— Добрый, — кивнул Ардан.

— Чем травиться будете? — спросил дворф и кивнул на Милара, размякшего из-за накатившей на него волны тепла. — Только сразу предупрежу, сейчас людского яда почти нет. Может, немного виски осталось. Но весьма дерьмового. Своих денег не стоит.

Ардан вместо ответа протянул по столу три монетки общим номиналом три четверти экса. Темные глаза дворфа блеснули неподдельным азартом, и кругляшки исчезли с прилавка едва ли не быстрее, чем появились.

Сам же бармен сильно оперся на стойку и чуть дернул бровями, отчего весьма забавно брякнули его косички. Арди пришлось постараться, чтобы сохранить важное выражение лица.

— Лиаэлира, — тихонько прошептал Ардан.

— Выступала здесь два дня тому назад, — тем же тоном ответил дворф. — В следующий раз заявится… в начале фестиваля света.

Ну да… глупо было надеяться, что они заявятся в «Морской Бриз» и волей невероятной удачи тут же наткнутся на эльфийскую полукровку.

— А где её можно найти вне рабочего времени? — Ард задал второй заготовленный вопрос.

Дворф пожал плечами и очень красноречиво прокашлялся. Ровно три раза. Ардан протянул по столу еще три такие же монетки. Разговор становился весьма недешевым удовольствием.

— Она живет неподалеку от Пьяного Холма, на пересечении Кротовой Норы и Споткнувшегося Башмака.

Для любого, кто ни разу не бывал в районе Первородных, подобные названия могли показаться неумелой попыткой соврать или же весьма изощренным способом хамства. Но Ардан прекрасно знал, где находится место, описанное барменом. И по удивительному стечению обстоятельств добираться от «Морского Бриза» до названной точки — едва ли не целый час.