— Я не про это.

Милар скривил какую-то мину. Ардан, несмотря на то что прошло уже некоторое время, все еще плохо различал уже не мелкие детали, а нечто промежуточное. Потому и мог видеть циферблат, но вот лицо Милара и некоторые линии в автомобиле все норовили слиться в безумной оргии.

— А про что тогда? — спросил капитан.

Ардан отвернулся к окну. Там, за стеклом, по ту сторону ледяной Ньювы, все так же сверкали огни Бальеро. Ему внезапно так сильно захотелось обнять Тесс. Вдохнуть запах её волос и утонуть посреди цветов, распускавшихся весной у ручья.

— Как думаешь, со мной что-то происходит? — спросил он куда тише, чем следовало.

— Чего? А конкретики, господин маг, можно?

— Тебе не кажется, Милар, что я становлюсь злее? — уточнил Ард и добавил: — Злее, чем был раньше.

Милар ответил не сразу. Они успели проехать несколько надутых, как меховые шарики, регулировщиков, прежде чем капитан Пнев продолжил разговор.

— Знаешь, Ард, когда я проходил обучение в армии, нам всегда говорили следующее: «Самые надежные люди в окопе и на поле — это самые жестокие ублюдки, которых вы только можете встретить», — Милар вновь переместил ладонь к потоку тепла и чуть прибавил скорость. — И наша первостепенная задача — стать такими же. А затем, когда уйдем со службы, посадить внутреннего ублюдка на цепь и больше никогда не спускать.

Ардан пожал плечами.

— И в чем заключается суть данной мудрости?

Милар вздохнул.

— Хотел бы знать… я вот что скажу, Ард: до тех пор, пока ты задаешь себе такие вопросы, все с тобой и твоим сердцем будет в порядке.

«До тех пор, пока задаешь себе вопросы»… Ардану стоило запомнить эту фразу.

— Спасибо, Милар, — искренне поблагодарил Ард.

— Обращайся, господин маг, а то тут, — Милар постучал себя по виску, — скопилось много всякого дерьма, которое мне порой хочется на кого-нибудь вывалить. Ну, знаешь, готовлюсь к старости. Буду кряхтеть и всех поучать, не обращая внимания на то, что мир вокруг поменялся.

— А можно обойтись без экскрементов?

— О-о-о-о нет, Ард, — гулко протянул Милар. — Это часть сделки. Мой жизненный опыт, сдобренный моими же не всегда смешными шутками.

Арди улыбнулся, а затем улыбнулся и Милар, и вскоре они оба смеялись. Вокруг же здания становились все ниже и ниже. Улицы разделялись бесконечными каналами, над которыми раскинулись широкие мосты. Достаточно высокие, чтобы под ними могли пройти баржи.

Южный Порт, как и Ночной Порт, использовался для перевозок внутри водной сети Метрополии. Сюда не приставали крупные торговые корабли и гражданские суда. Разве что порой швартовались небольшие баркасы, чтобы перевезти желающих на берег одного из многочисленных островов столицы.