— Нет, — мягко произнесла Анастасия-Ася. — Совсем нет.

Ардану, пожалуй, требовалось вмешаться, но еще не успел Келли подавить нараставшее возмущение понимающей усмешкой(проклятье, он ведь тоже понятия не имел, как выглядела единственная дочь Императора!), как в помещение вошла Шайи.

И тут уже Арду стало не до наследницы престола. Не до собственной травмы. Да и вообще — не до чего-либо другого.

— Мама, — коротко произнес он.

В следующее мгновение он уже сжимал Шайи в тесных объятиях. Прижимал к себе одновременно крепко и нежно. Так же, как и она его. Арди дышал таким знакомым и таким родным запахом. Сдобы и ежевики. Так, как пах его дом. Тот, что он не выбрал, как в случае с Тесс, а тот, где родился и где его ждали радостные и светлые воспоминания; смех родителей; тепло и уют детской постели.

А еще… еще, на мгновение, ему показалось, что Шайи пахла не только ежевичным пирогом, но еще и чем-то другим. Чем-то, что хвоей щекотало нос; холодным ручьем омывало уставшие после долгого пути ноги; свежим ветром трепало волосы и горячими камнями грело спину.

Шайи, пусть и самое краткое мгновение, пахла Алькадой. Но Арди знал, что это лишь короткая вспышка его собственной слабости перед сладкой ностальгией о большом, деревянном доме, стоявшем на излучине горной реки.

— Дай посмотрю на тебя, — с той мягкостью и заботой, на которую способна только твоя собственная мать, попросила Шайи.

Она, закутанная в шубу, надетую поверх шерстяного платья и нескольких платков, посмотрела на Арда. Глазами, которые Арди не забудет никогда в жизни, потому как они и стали первым, что он, в этой самой жизни, видел.

Шайи протянула ладонь и, привстав на цыпочки, провела по его щеке.

— Ты не забываешь есть? — спросила она так буднично, словно за миновавшие полтора года они не провели вместе всего несколько дней.

— Нет, матушка, — ответил Ардан, прижимаясь к её ладони.

— Хорошо, — кивнула она. — Тогда, если ты будешь так любезен, Арди, помоги Эрти с вещами и покажи, пожалуйста, где нам можно осесть.

— Ой, да, — прокашлялся Ардан и повернулся к Аркару, который уже прикрыл своей широченной спиной по-прежнему застывших Эрти и Анастасию. — Постойте, а где…

Ардан заозирался по сторонам, но уже вскоре облегченно выдохнул. Малышка Кена, в смешном алом меховом пальто с белыми варежками и перчатками, уже примостилась на колени Тесс и вела с ней очень важную и серьезную беседу.

— Вчера мы с Гутой, так я назвала своего мишку. Эрти рассказывал мне сказки про зверей и мне понравилось… так вот, вчера мы с Гутой слышали странные звуки в соседнем купе, — демонстрируя Тесс свою плюшевую игрушку, излагала Кена со всей решительностью семилетнего ребенка. — Мы думаем, что там что-то ели и очень сильно чавкали. Мама учит, что нельзя громко чавкать. Что это неприлично. И подавиться можно. Но видимо тех господина и его спутницу этому не научили.