Кто-то из орков отшатнулся. Кто-то начал шептать молитвы на языке степных орков. Другие просто медленно бледнели и опускали вниз оружие.

На языке степняковAnhak’Za’Radk переводилось, если адаптировать под Галесский, как:«Пришедший за твоей душой из тьмы» . Так орки называли Бездомных и демонов.

— И Ордаргар продался их вождям! Он предал всех нас! Все, во что мы верим! Все, что мы есть, братья! — Аркар повернулся и указал клинком на груди Ордаргара. — В его сердце, как и наставляли Старшие Матери, постучалась тьма! И Дарг, которого мы все знаем, отравленный людской алчностью и жадностью, проиграл ей в битве! Нет больше Ордаргара! Лишь слугаAnhak’Za’Radk! И когда я вырву его сердце, мы будем держать траур и петь песни о великом воине Ордаргаре, павшем в бою с теми, кого мы считали вымыслом и сказками! Потому что перед нами лишь кукла! Дух его уже со Спящими Духами! Он поет с волками и танцует с нашими великими предками у Вечных Костров!

На улице повисла тяжелая, гнетущая тишина, разряженная лишь короткими смешками Ордаргара.

— Ты сошёл с ума, Распорядитель, — тихо произнес главарь банды. —Anhak’Za’Radk? Кукла? Очнись! Видимо ты нанюхался той же Ангельской Пыли, что и Арсений, когда решил поступиться своими человеческими верованиями ради комнаты и постели человеческой шлюхи!

Аркар криво, немного печально и весьма плотоядно улыбнулся.

— Никто, кроме меня, главы Молотков и тех, кто купил сыщика стражей, не знал, что Арсения нашли в комнате проститутки, Ордаргар! Никто! Для всех остальных он скончался в холле Черного Лотоса! — Аркар перевел нож на левую ногу Ордаргара. — Покажи что у тебя там, Дарг! Покажи, что ты прячешь от нас⁈

Какое-то время Ордаргар молча смотрел в глаза Аркару, после чего они хором произнесли короткое и оглушительное:

—Larr’rrak!

Они бросились друг на друга почти одновременно.

Ордаргар ударил первым. Он сверкнул клинком сверху вниз, тяжелым, рубящим движением, вкладывая в удар весь свой чудовищный вес. Аркар не стал блокировать. Он отшагнул влево, пропуская лезвие мимо плеча, и тут же нырнул под вытянутую руку Ордаргара, полоснув ножом вдоль корпуса. Лезвие чиркнуло по жилетке, распороло ткань и достало до кожи — неглубоко, но кровь тут же прыснула на землю. Ордаргар даже не дернулся. Громадный орк развернулся на опорной ноге — на левой, на той самой, которая должна была заканчиваться протезом, и ударил Аркара кулаком в челюсть.

Хлопок прозвучал такой, будто кто-то шарахнул кувалдой по мешку с песком. Голова Аркара мотнулась вбок. Из разбитой губы веером брызнули алые капли. Арди, стоявший в шести шагах, непроизвольно сжал пальцы на посохе. Если бы такой удар пришелся в листовое железо — оно бы вогнулось внутрь дешевой фольгой.