— Зарегистрируйте, и ждите приказ. Я распоряжусь. Удачи, молодой человек, в начинании. Правильное дело затеяли

Я так и сделал. Меня по приказанию Юрия Владимировича, всё-таки, оформили в штат и отправили в долгосрочную командировку «учиться, учиться и учиться».

Теперь у меня на руках была выписка из приказа министерства рыбного хозяйства. Хороший приказ. Я сам набирал его на пишущей машинке у себя дома. Секретарь перепечатала текст почти слово в слово.

— Годный приказ, — прочитав гербовую бумагу, сказал директор спорткомплекса «Труд» и по совместительству председатель краевого ДСО «Трудовые резервы». — Тогда — вперёд. Только заявление о приёме на работу сначала напиши.

Я написал. В бывший «свой» кабинет, даже не поднялся. Зачем? Идём своим путём. Чему-то учить Жирикова я не собирался. Откровенно говоря, я не знал его потенциал. Он не раскрылся в тот раз. Но даже если он будет готовить только шотоканистов — и пусть готовит. Методика боевого самбо расставит всё на свои места. Они скоро почувствуют разницу. Или не почувствуют? Да, всё равно. Главное — двигаться.

Баляевский корпус Дальрыбвтуза распахнул стеклянные двери и встретил, как родного. Стекло и бетон. Много стекла и немного бетона. Пять этажей. Вход начинается с пристройки из метало-стеклянной конструкции. Всё ещё почти новое. Окна в кабинетах и аудиториях большие с деревянными рамами через которые зимой сквозило, да. Сильно сквозило. Заклеивали их тряпичными лентами и закрашивали наглухо. Северо-западный ветер, однако, на Баляева дул так, что шубы заворачивало. Вернее, пальто граждан и гражданок и шинели у курсантов. В шубах мал кто ходил. Дети только. В цигейковых, а основном. У меня в детстве была бурундучья.

— Помню-помню, — подумал я. — как народ на трамвайной остановке ветром катало по голому, бесснежному асфальту. Хорошо, что вход в институт развернут «лицом» точно на запад. Зато дорога от остановки до корпуса превращалась в схватку с воздушной стихией. Путь к знаниям был труден.

Но сейчас лето и ветер дует с юго-востока и тянет с моря туман и морось. Июнь во Владивостоке, однако! Такая вокруг ветреная морось, что автомобилистам приходится включать дворники, как при дожде. Но я на мотоцикле. Весь в коже. Правда, штаны и куртка-косуха, хоть и кожаные, но обычные, а не комбинезон, но с клёпками. Высокие кожаные ботинки. Через плечо кожаный непромокаемый портфель. Всё — индивидуальный пошив. По моим эскизам шили цыганские скорняки-обувщики-сапожники. Любой каприз за мои деньги. Я уже понял, что любые вещи лучше заказать у цыган. У них в Подмосковье оборудованы свои цеха по любому производственному профилю. Думаю, они бы и самолёт собрали, если бы кто попросил. Или танк… В сарайчике…