— И чему ты нас будешь учить? — спросил один из старших учеников Штурмина.

— Конкретно вас, молодой человек, правильно драться ногами. С руками у вас более менее впорядке, а вот ноги… гуляют сами по себе.

— Я призёр Москвы и Московской области по боксу. Кандидат в мастера спорта.

— Я тоже кандидат в мастера спорта по самбо. Стал чемпионам СССР в этом году. Правда, по юношам. Но кандидат он и в Африке кандидат. И бокс у вас, молодой человек, действительно неплох.

— А у тебя? То есть, у вас? — спросил кто-то. — Хороший бокс?

— У меня бокс хороший, но я не боксирую.

— Почему? — спросили и засмеялись в толпе. — Ссыкотно?

— Боюсь, что нечаянно на рефлексе может нога вылететь противнику в голову. Да и удар у меня для бокса несколько тяжеловат.

— В голову ногой? Это не страшно, — сказал кто-то. — Мы тоже бывает, что попадаем. У нас головы крепкие.

— Не пойму, вы предлагаете спарринг по правилам кикбоксинга? — спросил я. — Без перчаток?

— Почему без перчаток? — спросил первый жёлтопоясник. Это был довольно высокий парень с длинными боксёрскими руками.

— Не люблю боксёрские перчатки. Вы же не в них по улице ходите?

Тот покрутил головой.

— Зачем тогда они вам? Выходите вперёд. Другие, пожалуйста, образуйте круг и сядьте на пол.

Пустой круг быстро образовался. Длиннорукий вышел вперёд.

— Предупреждаю, что в кикбоксинге практикуется удар, называемый «лоукик». Это удар по бедру.

— А-а-а! Мы знаем! — сказали из толпы зрителей. — Но это херня, а не удар!

— Готов побиться об заклад, что этим ударом я выиграю у десятерых бывших боксёров.

— Прямо сейчас? — удивился кто-то.

— Прямо сейчас, — кивнул я и пробил своему партнёру низкий «маши» в бедро. Он рухнул на пол.

— Следующий, — сказал я.

Вышел следующий и после нескольких подскоков тоже рухнул как подкошенный. Впрочем, так и было. Третий боксёр долго держался на дистанции, но его товарищи стали посвистывать и подзуживать. Он изменил стойку на левостороннюю и попал под мой левый лоукик, который я выполнил передней ногой. Не стал бить маваши в печень, хотя, момент был прекрасный. Обещал же.

Десятерых лоукиками я вынес из спонтанно возникшего турнира. Следующих стал расстреливать по-разному. Уровень каратэ у ребят был ниже низшей планки, да и стоило ли рассчитывать на большее? Когда в СССР считались мастерами те, кто, прозанимавшись год, знал только базу. Удары я контролировал и бил сильно но аккуратно. И ногами и руками. Руками, в основном, бил по корпусу. В голову лишь намечал, останавливая в миллиметрах от цели.

Но и такие удары соперников и зрителей впечатляли. Хотя, после серии акцентированных ударов в голову, я пробивал или в печень, или в «солнышко» и «противник» выбывал из турнира. Их было тридцать пять. Однако человек двадцать были совсем «зелёные» и драться со мной отказались, сославшись на то, что они новички. Хотя один из них, по повадкам тоже боксёр, порывался выйти в круг, но кто-то его остановил.