- Пять процентов! — нахохлился Малышев.

- Пятнадцать!

- Семь!

- Пятнадцать!

- Десять!

- Одиннадцать!

- По рукам, — сдался Малышев.

Он вытер вспотевший лоб.

- Тебе б не в милиции работать, а на базаре торговать.

- И придётся! — запальчиво бросил я. — Если другие требования не удовлетворите — всем отделением на базар уйдём.

- Ты же меня без ножа режешь! — простонал Малышев.

- Так лучше мы — без ножа, чем те, кого мы ловим, с ножом, — резонно заметил я. — С транспортом как вопрос решать будем? С прошлого моего заявления без подвижек осталось.

- Будет! Будет тебе транспорт! — взъярился Малышев. — Последнее исподнее с себя продам, чтобы тебе лошадей и экипажи выделить.

- И овёс! — не преминул вставить я.

Собеседник посмотрел на меня тяжёлым взглядом.

- Уйди, Быстров! — простонал он. — Уйди, пока я тебя не убил, чем-нибудь тяжёлым!

- Уйду, — согласился я. — Но положительную резолюцию на моё заявление черканите, пожалуйста.

- Нет, я тебя определённо пристрелю, а потом сам застрелюсь, чтобы твой Леонов ко мне не приставал! — загрустил Малышев. — Ладно, давай твои бумаги — подпишу.

Я с максимальной деликатностью положил перед ним заранее подготовленные документы. Разумеется, кое что мы туда включили, действуя исключительно партизанскими методами, только товарищу Малышеву не стоило этого знать.

Покончив с формальностями, мы пожали друг другу руки, и я вышел из кабинета.

За дверями меня ждал истомившийся завхоз, носивший фамилию известного детского писателя. На его книгах я когда-то рос.

- Давай, Житков, действуй, пока начальство не передумало, — приказал я, отдавая бумаги.

Лицо завхоза просветлело.

- Товарищ начальник! Глазам своим не верю! Неужели, выбили всё, что я просил?

- Надо верить своим глазам, товарищ завхоз.

Он чуть ли не вырвал у меня документы и, стартанув как гоночный болид, умчался решать и утрясать все вопросы. Как известно, далеко не всегда положительная подпись начальства как зелёный свет открывает тебе дорогу. Жалует царь, да не жалует псарь. И как раз с таким «псарями» сейчас будет иметь дело мой Житков. Хорошо, что энтузиазма ему не занимать. Волком выгрызет то, что причитается.

Дальше… Дальше я поехал к больнице. Лечащий врач сообщил, что Ремке чувствует себя значительно лучше и, в принципе, на днях его можно выписать домой. При условии надлежащего ухода, само собой.

Глядя на то, как мой сотрудник перемигивается с одной из медсестричек я понял, что с уходом проблем не возникнет.

- Ты, главное, на ноги быстрее вставай, — ободряюще сказал я. — У нас дел — невпроворот.

- Так вы ж, я так понял, всех злодеев переловили… Есть ли смысл, в милицию возвращаться? — усмехнулся он.