Он стоял, смотрел на меня и будто бы размышлял. Потом сказал:

— Третий совет, Максим. Не думайте, что уникальный кристалл даёт вам какую-то защиту.

— Знаю, — сказал я. И нахмурился, пытаясь сообразить: если это «третий совет», то каким был второй? Первый, допустим, «отупеть»… а второй?

Но спрашивать Продавца бесполезно, это я понимал.

В Москве был не то поздний вечер, не то ночь.

Почему-то я даже не сомневался, что так и окажется. Вышел, держа в руках тяжёлый пакет, посмотрел на мрачного, шмыгающего носом мужчину. Тот глядел на меня недовольно, видимо, давно ждал у входа в Комок.

— Пожалуйста, — вежливо сказал я.

— Видок у тебя… — пробормотал мужчина, протискиваясь в дверь.

Как по мне, он и сам выглядел не слишком хорошо. То ли за бухлом в Комок пришёл, то ли за чем-то «расширяющим сознание». Несколько мгновений я смотрел на него — и меня вдруг снова пробило понимание, рождённое чужим смыслом.

…Женщина — ссора — брошенные в запале слова — пощёчина — ответная оплеуха — захлопнутая дверь — долгая ругань на площадке — блуждание под дождём — звонок приятелю — выпивка — поход в Комок за добавкой — гуляем — собирался подарок ей, дуре, сделать — лучше пропью…

Я постоял, глядя на лунное кольцо, вдыхая тёплый влажный воздух. Дождя уже не было, и то ладно, только кое-где высыхали лужи.

Дома.

Дома, на Земле.

Совсем рядом мой дом, мама и папа.

Ещё ближе Гнездо. Там Дарина.

Где-то на соседней улице проехала машина, потом пронёсся мотоцикл. Снова наступила тишина.

Я понял, что стою и беззвучно плачу.

Я вернулся, но ничего не закончилось и ничего не изменилось. Инсек захочет, чтобы я убрался с Земли.

Может, мне так и делать?

Туда-сюда. Земля-Саельм. Саельм-Земля.

— Совсем тебя расколбасило, — сказал мужчина, выходя из Комка. Его заказ весело позвякивал в сумке, а сам мужчина явно подобрел. — Коньяк будешь?

— Нет, — сказал я, вытирая лицо. — Но спасибо.

И пошёл к Гнезду.

— Столетний! — крикнул мне вслед мужчина с явной обидой.

Но я даже не стал оборачиваться. Я шёл, смеялся и плакал одновременно.

Два дня назад, на планете Трисгард, населённой розовокожими четырёхпалыми людьми, где-то за немыслимые парсеки от Земли, я бежал по коридорам исполинского дирижабля, падающего в открывшийся между океаном и небом портал. Изменённые, воюющие за Прежних и Инсеков, испепеляли друг друга в скоротечных схватках, а стража, бывшая когда-то маленьким сыном Виталия, уводила глайдер прочь. Комендант Мар и локальный тактик Ди направляли дирижабль в огненный столб, искупая свои ошибки и промахи…

Коньяк, говоришь? Столетний? С женщиной своей помирился бы лучше, балбес.