Аль-Калькашанди (ум. 1418) включает краткую заметку о папе в своё руководство по делопроизводству:
Форма обращения к папе: он является патриархом мелькитов, занимающим среди них положение халифа. Примечательно, что автор «Такыфа» [более раннего труда по делопроизводству] ставит его в положение великого хана у татар, тогда как на деле хан занимает положение великого царя у татар, а папа не является таковым, но обладает властью в религиозных вопросах, включая право объявлять, что дозволено и что запрещено… Форма обращения к нему … такова: «Да умножит Всемогущий Господь блаженство его высокого присутствия, возвышенного, святого, духовного, смиренного, деятельного папы Римского, могущественного мужа христианской общины, примера для сообщества Иисусова, возводящего на престол королей христианского мира … защитника мостов и каналов … прибежища патриархов, епископов, священников и монахов, последователя Евангелия, объявляющего своей общине, что дозволено и что запрещено, друга королей и султанов…»
Автор «Такыфа», цитируемый аль-Калькашанди, замечает:
Вот что я нашёл в записях, но ему ничего не писали в период моей службы, и я не знаю, по каким вопросам ему писали ранее … [228]
Описание папства, одновременно историческое и современное, встречается во «Всеобщей истории» Рашид ад-Дина, написанной в Иране в начале XIV века и основанной, как уже отмечалось, на сведениях папского посланника и пропапской хроники. Принц Джем имел личные контакты с папством, и автор мемуаров предлагает весьма живописный рассказ о процедурах, которым следовали при назначении нового папы, и о вспышках народного насилия, сопровождавших это событие. Кятиб Челеби в своём кратком трактате о Европе включает главу о папстве, состоящую в основном из пронумерованного списка пап с датами их избрания и продолжительностью пребывания на престоле, начиная с Петра и заканчивая Павлом III, о котором отмечено, что он стал папой в 1535 году.[229] Поскольку в рассказе Кятиба Челеби о папах не упоминается ни смерть Павла III, последовавшая в 1549 году, ни кто-либо из его преемников, можно предположить, что источник информации, которым он пользовался, был старше более чем на сто лет. В этом, как и во многих других вопросах, мусульманский автор не испытывал нужды — или, возможно, не находил возможности — получить более актуальные сведения. Поскольку рассказ Кятиба Челеби о христианском богословии отстаёт на тысячу лет, едва ли стоит удивляться тому, что его список пап устарел лишь немногим более чем на столетие.
Гораздо более основательное описание папства и европейского христианства в целом оставил марокканский посол аль-Вазир аль-Гассани, посетивший Испанию в конце XVII века. Он подробно рассказывает не только о папе, но и об устройстве папства, роли кардиналов и даже о том, как избирается новый папа. Сам этот институт вызывает у него, по-видимому, особый гнев, и каждое упоминание папы сопровождается оскорблениями и проклятиями. Далее аль-Гассани обсуждает такие предметы, как инквизиция, преследования евреев, история Реформации и последовавшие за ней религиозные конфликты в христианском мире. Он даже сообщает кое-что о Реформации в Англии, приписывая её матримониальным затруднениям короля Генриха VIII, — точку зрения, несомненно, почерпнутую им у испанских хозяев. Он довольно пространно рассуждает о католичестве в том виде, в каком оно существовало в Испании, говоря о монахинях и монахах, о католической практике исповеди и о тех пороках, к которым она может приводить.[230] Последующие марокканские посланники в Испании следуют его примеру в описании церкви и её институтов, и некоторые из них подолгу останавливаются на теме инквизиции.