К XVII и началу XVIII века султаны и даже прочие сановники, по-видимому, уже были готовы позировать для портретов. Выдающимся европейским художником того времени был Жан-Батист Ванмур (1671–1737), проведший в Турции около тридцати лет. Другим был Антуан де Фавре (1706–1792?), мальтийский рыцарь, некоторое время гостивший в Стамбуле у французского посла. Многие из этих художников изображают аудиенции, даваемые султаном или великим визирем иностранным послам, — предположительно по заказу последних. Ванмур также создавал для европейского рынка гравюры с изображениями султана, великого визиря и множества других сановников, но неясно, позировали ли они для них или нет. То, что некоторые из этих картин западных художников действительно были заказаны, явствует из коллекций дворца Топкапы.[329]

Однако куда больший интерес, нежели работы западных художников в исламском мире, представляет перемена, заметная в творчестве самих исламских художников. Два портрета Мехмеда Завоевателя, до сих пор хранящиеся во дворце в Стамбуле, по-видимому, являются работой турецких художников, вдохновленных итальянскими образцами. Их стиль всё ещё исламский, но с явным западным влиянием, особенно в использовании тени. Один из них приписывают первому заметному османскому живописцу Синану, который, как говорят, был учеником венецианского мастера по имени Паоли.

В XVIII веке, особенно ближе к его концу, западное влияние на турецкое искусство становится очевидным. Одна из причин, несомненно, — иностранные художники, служившие при османском дворе и в его окружении. Один из них, поляк по имени Мекти, принял ислам. Несколько картин армянского живописца по имени Рафаэль видел во дворце европейский гость между 1781 и 1785 годами. К концу XVIII века старая художественная традиция фактически угасла, и даже книжные иллюстрации к турецким литературным произведениям выполнены преимущественно в западном стиле. Вестернизация турецкого искусства намного опередила появление западных влияний в литературе и тем более в музыке.[330]

Западное художественное влияние не ограничивалось Турцией — его можно заметить и в Иране, и даже дальше на востоке. Одна из выдающихся фигур в исламском искусстве — живописец Бехзад, расцвет творчества которого пришёлся на конец XV — начало XVI века. Он воспитал множество учеников, работавших в его манере и вместе образующих так называемую Школу Герата. Сохранилось много миниатюр этой школы, в том числе несколько портретов царственных особ, приписываемых — без твёрдой уверенности — самому Бехзаду. В более ранние времена подобных портретов почти не встречалось; обычай заказывать портреты и позировать художникам, несомненно, возник под влиянием как самой манеры, так и организации европейской живописи. Влияние это, по‑видимому, распространялось из Турции в Иран, где уже в начале XVI века мы находим копию картины Беллини, выполненную персидским художником. Эту работу приписывали Бехзаду, хотя такая атрибуция не является общепринятой. Существенно то, что одна из турецких картин Беллини была не только известна персидскому художнику, но и скопирована им.