Ужас мусульман перед тем, чтобы отважиться поехать к неверным, живо передан Усамой ибн Мункызом, сирийским мусульманином XII века, оставившим том воспоминаний. Одним из его соседей в Сирии был франкский рыцарь, с которым он установил «узы приязни и дружбы». Когда рыцарь собрался покинуть Сирию и вернуться в Европу, он предложил — по-видимому, из лучших побуждений, — чтобы четырнадцатилетний сын Усамы отправился с ним в его страну «жить среди рыцарей и учиться мудрости и рыцарству». Франку это предложение, должно быть, представлялось по меньшей мере жестом дружбы и доброй воли. Для Усамы оно было чудовищной нелепостью: «Слух мой поразили слова, каких не произвела бы голова и разумного человека. Если бы мой сын попал в плен, то никакое несчастье от плена не было бы для него страшнее, чем попасть в страну франков». Усама нашёл учтивый способ отвести это предложение: «Я сказал ему: „клянусь твоей жизнью, я и сам так думал. Но удерживает меня от согласия только то, что его бабушка очень его любит и не отпустила его со мной иначе, как взяв с меня обещание, что я приведу его обратно к ней“. Он спросил: „А твоя мать жива?“ Я ответил: „Да“. И он сказал: „Тогда не ослушивайся её“».[80]

В этих обстоятельствах неудивительно, что, когда поездка в Европу становилась необходимой — с коммерческими или дипломатическими целями, — мусульманские правители предпочитали отправлять кого-либо из своих христианских или иудейских подданных, способных установить связь с общинами своих единоверцев за рубежом и тем самым облегчить себе путешествие и выполнение задачи. То же соображение делало путешествия европейских христиан или иудеев по мусульманским землям сравнительно более лёгким делом.

Франкские хроники передают знаменитый рассказ об обмене посольствами между Карлом Великим и Харуном ар-Рашидом между 797 и 807 годами. Согласно этим хроникам, два посольства были отправлены Карлом Великим к Харуну ар-Рашиду — в 797 и 802 годах — и два Харуном ар-Рашидом к Карлу Великому — в 801 и 807 годах. Кроме того, как сообщается, франкский король отправил одно или, возможно, два посольства к христианскому патриарху Иерусалима в 799 и, может быть, также в 802 году, и получил четыре ответных посольства от патриарха между 799 и 807 годами.[81]

Высказывались значительные сомнения относительно того, имели ли эти контакты место в действительности. Если и имели, то были слишком незначительны, чтобы привлечь внимание арабских хронистов, которые о них не упоминают. Зато они сообщают нам кое-что о более позднем посольстве с Запада — от франкской королевы по имени Берта к халифу аль-Муктафи в Багдад в 906 году. Вот как арабский хронист описывает прибытие посольства: