— Ну давай, — воинственно согласился Лёха. — Я покажу, чего стою!

Затея была паршивой, но я не стал их останавливать. Пусть развлекутся.

Хотя с закрытыми глазами ровную линию даже я не смог бы сделать. Давид притащил голову-манекен, они подготовили места, и состязание началось.

Получилось у обоих, мягко говоря, не очень. Линия Лёхи ушла куда-то в сторону и завернулась крючком, а Давид и вовсе промахнулся мимо манекена в самом начале.

— Ещё одно видео для контента, — хихикнула Вика. — В барбер-шоп придёт ещё больше посетителей, ведь новичка они бояться перестанут. Он всё равно по волосам не попадает!

— Да просто я сидя тренируюсь, а тут стоя, — возмутился Давид.

— В любом случае, победителей сегодня нет, — сказал я. — А теперь давайте, убирайте за собой всё это безобразие.

Марина показала мне новые истории, присланные на конкурс. Особенно мне понравилась история одного сварщика, который написал про свою покойную бабушку. Она вырастила его одна и научила вязать. И он, взрослый мужчина, сварщик, до сих пор вяжет вечерами, потому что это успокаивает и напоминает о ней. Татуировку он захотел в виде вязального узора, того самого, которым бабушка вязала ему свитера.

Эта история зацепила меня больше всех, и вышла в финалисты.

После работы я завёз Шута домой, а сам отправился в редакцию.

* * *

Сегодня я привёз Яковлеву новую статью, на этот раз про современных художников. Ион Яковлевич сразу же погрузился в чтение.

— Артём, статья хорошая, — прочитав, сказал он мне. — Но не то, что я от тебя хотел.

— Что именно не то? — спросил я.

Уже привык, что сразу наши вопросы не решались.

— Тема, — пояснил главный редактор. — Вы пишете о том, как творят современные художники. Это интересно, спору нет. Но мне хочется увидеть тут нечто более понятное простому читателю.

— Вы сами захотели, чтобы я осветил тему современного искусства, — напомнил я.

— Да, но не так, — он подался вперёд. — Расскажите о татуировке как об искусстве. О том, что это не просто картинки на коже, а серьёзная работа.

Яковлев хочет, чтобы я написал о себе и о своём ремесле.

— Это хорошая тема, — согласился я. — Но я не хочу превращать колонку в саморекламу. У меня студия в этом городе, и любой текст о татуировках от моего имени будут читать как рекламный.

— А вы не делайте рекламу, — Яковлев пожал плечами. — Напишите о профессии. О людях, которые приходят к мастерам. О том, что татуировка может значить для человека. Почему взрослые, состоявшиеся люди приходят и просят набить им что-то на всю жизнь. Это и есть искусство вокруг нас, Артём.