Лежанку я соорудил из старого пледа в углу комнаты. Котёнок обследовал её, потоптался и улёгся. Отдельно взял старый поднос, нарвал туда газет и сделал лоток.

Завтра закуплю всё в магазине.

Шут, значит. Я погладил его за ухом. Добро пожаловать, Шут.

А записка осталась лежать на столе. Кто-то знал мой адрес и хотел, чтобы я что-то понял. Осталось узнать, что.

А пока в моей квартире появился новый житель.

* * *

Утром до практики я принёс Шута в студию. Оставлять его одного в первый же день не хотелось.

Работа на некоторое время парализовалась.

— Ой, какой милый! — Вика через секунду уже держала Шута на руках. — Артём, откуда⁈

— Подбросили, — честно ответил я. — Прямо под дверь квартиры.

— Люди совсем с ума посходили, — возмутилась Марина, но уже доставала телефон. — Так, стой, не двигайся, Вика. Идеально!

За пару минут она отсняла десяток фотографий с разных ракурсов.

— Талисман студии, — объявила она. — Официально. Вика, сделай пост сегодня! Чёрный котёнок в тату-студии привлечёт дополнительных клиентов!

Лёха присел на корточки и протянул котёнку палец. Шут обнюхал его и мяукнул.

— Признал, — довольно сообщил Лёха.

— Вы сможете ему всё необходимое закупить? — спросил я. — А то я на практику опаздываю.

— Сможем, — кивнула Марина. — Не переживай.

«Лачуга Должника» обзавелась талисманом. А я поспешил в поликлинику.

* * *

В поликлинике первым делом я пошёл к Анне Петровне, узнать, куда она меня определит. И встретил в её кабинете незнакомого молодого человека.

— Знакомьтесь, — сказала старшая медсестра. — Алексей, будет проходить практику вместе с тобой. Он из другого колледжа, у них она позже началась.

Парень лет двадцати трёх, невысокий и худощавый. Он кивнул и пожал мне руку. Выглядел полной противоположностью Виталия.

Забавно, теперь у меня в окружении два Алексея, один в студии, другой на практике. Хорошо, что студийный давно откликается только на Лёху.

Сегодня нас определили помогать в отделение физиотерапии. Здесь работали с пациентами после травм и операций. Мне достался мужчина после перелома ноги, ему нужно было помогать выполнять комплекс упражнений.

— Не торопитесь, — сказал я. — Опора на здоровую ногу, вес переносим постепенно. Вот так, хорошо.

Это была совсем другая работа, непохожая на процедурный кабинет. Не уколы и перевязки, а долгое, терпеливое возвращение человека к нормальной жизни. И мне это нравилось.

Алексей занимался с другим пациентом, пожилой женщиной после операции на плече. Он работал аккуратно, с вниманием, не дёргал, не торопил, подстраивался под темп пациентки. У парня были хорошие руки. Чувствовалось, что из него выйдет отличный медбрат.