Дома?
Напряжение, сковывавшее мои плечи и челюсть, мгновенно растворяется. Я только сейчас замечаю, как сильно сжимала брови, и боль в переносице наконец отступает. Делаю глубокий вдох, первый за сегодняшнее утро.
— Погоди, — не выдерживаю и иду за ним.
Вваливаюсь в его комнату без стука. Пространство такое же минималистичное и бездушное, как и его хозяин: огромная кровать, пара тумб, и в углу у окна, массивное кресло, похожее на трон.
— Почему, — начинаю я, глядя на его силуэт на фоне окна, и голос почему-то срывается, — ты не сказал мне сразу?
— Ты не спрашивала, — парирует он, наконец поворачиваясь ко мне.
— Верно, — отвожу взгляд, потираю предплечья. — Мне нужен телефон. Хочу позвонить ей.
Он молча подходит к тумбочке, достает мой мобильный и протягивает его. Мои пальцы жадно хватаются за желанный девайс, но он не отпускает.
— Прежде чем звонить, — его голос тих, он делает паузу. — Прочитай договор.
— Ладно, — соглашаюсь я без спора. Вырываю телефон и уже разворачиваюсь к выходу, но он меня останавливает.
— Стой.
Оборачиваюсь. Он протягивает мне небольшой бумажный пакет. Заглядываю внутрь: хлоргексидин, заживляющий крем, вата, пластыри и таблетки от головной боли.
— Обработай ссадины, — он подносит свою руку к моей брови.
Я инстинктивно отшатываюсь от его жеста, сердце глухо стучит.
— Не умерла бы и без этого, — бормочу себе под нос, но, поймав его взгляд, нехотя добавляю. — Но... спасибо.
Разворачиваюсь и почти бегу к себе в комнату, захлопывая дверь. Прислоняюсь к ней спиной, пытаясь отдышаться. Что это было? Забота? Чувство вины? Или просто расчет? Сломанную игрушку на ужин не возьмешь…
Легко касаюсь раны на брови. Еще побаливает. Опускаю взгляд на исцарапанные ноги. Ничего, заживет. Главное, что Юля в безопасности.
— А теперь, — говорю сама себе, подходя к тумбочке, — посмотрим на этот великий договор.
Кладу аптечку, глотаю обезболивающее и запиваю водой. Затем хватаю стопку листов и ручку. Устраиваюсь на кровати поудобнее.
— Ну что, приступим к редактированию этого шедевра рабства.
Вчитываюсь.
Пункт 1. Не перечить и беспрекословно выполнять распоряжения. — Ага, щас! — я с силой перечеркиваю его. — Следующий!
Пункт 2. В публичных мероприятиях участвовать в подобранной дизайнером одежде. — С этим еще можно жить, — вспоминаю свое черное платье. — Не провал.
Пункт 3. Исполнять роль подставной девушки на неопределенный срок. — «Неопределенный»? — фыркаю я. — Это как долго? До твоей пенсии? — Рука снова выводит жирный крест.
Пункт 4. На время действия контракта все аспекты жизни (24/7) находятся под моим контролем. Перечитываю. Еще раз.