— Какая главная угроза провинции в этом году? — как дедушка внуку, улыбается Иосиф.

— Сейчас. Надо записать народы, их промыслы… — быстро включаюсь, повинуясь какому-то импульсу. — Угрозы у каждого могут быть свои…

— Не надо, — качает головой Иосиф всё с тем же видом дедушки перед внуком. — Всем вместе народам и промыслам, одна общая угроза, какая?

— Голод? — бросаю наугад.

Иосиф молча кивает и продолжает:

— А кто самый главный в Провинции (которой грозит голод)?

— Наместник, — хмурюсь.

Я вижу, по какому пути Иосиф меня«ведёт» своим анализом, но не понимаю, что находится в конце этого пути.

— А кто ещё, случайно и с недавних пор, не просто равен Наместнику, а даже как бы и выше него по положению? — продолжает злить меня елейной улыбкой Иосиф.

— Хан Орды, — медленно вдыхаю и выдыхаю. — С известным допуском, его дочь. Которая, в силу ряда причин, может и говорить, и действовать от его имени.

— От имени Шатра Хана, — вставляет Алтынай, — но это не важно… Слушай дедушку дальше.

— А кто платит золотом на базаре за товар, который мог бы взять силой? И которого у самих в избытке? — задаёт Иосиф вопрос, ставящий меня в тупик.

— Кто? — перевожу взгляд с него на Алтынай.

— Вот так иногда как дурачок, — бросает Алтынай Иосифу. — В основном — надёжный, заботливый, умный, предусмотрительный, смелый, добрый. А в самых простых вещах иногда — как дурачок. Я раньше думала, что издевается. Или насмехается.

— Твоя сестра, — говорит мне Иосиф, прерывая спич Алтынай. — Сегодня, при тебе. Покупая баранов.

У меня в голове с запозданием складывается головоломка и я с размаху, зажмурившись, хлопаю себя ладонью по лбу:

— Не сообразил!

— Я же говорю, иногда как дурачок, — безэмоционально комментирует Алтынай, по-хозяйски, уже самостоятельно, заваривая чай в чайнике Иосифа, на его же переносной жаровне. — Который за конями может табунов не увидеть.

— Это ещё не всё, — терпеливо и вежливо продолжает Иосиф. — Ненадлежащая работа стражи — это, конечно, прокол. Но кто сегодня заменил собой и стражу, и врача в первое время, причём помогая жителям города? На чьи налоги, по обычаям, это должно осуществляться?

— Я? — недоумеваю, не понимая намёка.

— Люди Хана Орды, — вежливо поправляет Иосиф. — Не важно, какие именно… Важно, что сделали работу стражи, бесплатно, плюс врач… И ничего не попросили в качестве оплаты. Вместо этого, попросили ещё раз людей Наместника прибыть на разговор. По поводу их же обязанностей. — Палец Иосифа снова назидательно взмывает вверх.

У меня в голове, наконец, укладывается подобие общей мозаики, в которую не могу поверить именно из-за дикости происходящего: