— Это за счёт заведения, — сказал он, улыбаясь Лене. У него были веснушки, рассыпанные по переносице, и ямочка на подбородке. — Для самых красивых девушек в этом зале.
Катя фыркнула. Я подняла бровь.
— А для самых циничных? — спросила я, взяв шот в руку. Стекло было мутным, не первой свежести.
— Для них есть виски, — он подмигнул. — За счёт заведения тоже. Чивас ригал, двенадцать лет.
Лена покраснела до кончиков розовых волос. Я же с удовольствием приняла шот — настойка пахла травами и мёдом, обжигала горло, а потом растекалась по телу приятным теплом. На языке остался привкус чего-то неуловимого — можжевельник? корица? — и лёгкая горечь.
— Вкусно, — признала я. — Что это?
— Домашний напиток. По бабушкиному рецепту. «Ведьмино лето» — безалкогольный вариант есть в меню, а это мой личный, с секретом.
— И в чём секрет?
— Скажу, когда Лена согласится со мной поужинать.
Лена закашлялась. Катя смотрела на неё с ехидством.
— Я, пожалуй, пойду, — Катя глянула на часы — дешёвый смарт-часы, подарили на прошлый новый год. — Дежурство не ждёт. А вы тут флиртуйте, гадайте, вызывайте духов. Только если Алиса пропадёт, я найду вас обоих и сделаю из вас анатомические пособия. У меня скальпель острый, не пожалею.
Она чмокнула меня в щеку — губы сухие, пахнут помадой-бальзамом, — Лену — в макушку и выплыла из бара, хлопнув тяжёлой дверью.
Мы остались втроём: я, Лена и её будущий, судя по всему, ужин.
— Ну что, — Лена пододвинула ко мне книгу, открытую на странице с ритуалом. — Читай правила. Заодно запоминай, чтобы в субботу не облажаться.
— Ты серьёзно думаешь, что я пойду?
— Ты поспорила. Ты никогда не отступаешь от споров. Это единственное, что осталось от твоей брачной жизни — привычка доводить дело до конца. Ты же даже развод оформляла сама, без юриста, потому что «я справлюсь, это просто бумажки».
Глава 2. Зеркало, свечи и чувство идиотизма
Половина двенадцатого ночи, такси по пути на Лысую гору. Смотрю в окно и думаю, что, наверное, это самый тупой поступок в моей жизни. А их было много. Например, в восемнадцать лет вышла замуж за Антона через два месяца после знакомства. Или в двадцать пять согласилась на роман с Денисом, который «через месяц разведётся». Но это было хотя бы под воздействием гормонов и дешёвого розового вина. А сейчас трезвая (почти), вменяемая (относительно) и еду в лес в полночь с зеркалом в рюкзаке.
Водитель Зафар молчал первые полчаса, только иногда косился на меня в зеркало заднего вида. Потом не выдержал:
— Девушка, вы уверены? Там же лес. Темно. Волки.
— Волков в Подмосковье нет, Зафар. А если есть, у меня есть перцовый баллончик.