Смотрю на спящего Яра и понимаю: семь ночей — это слишком много. И слишком мало. Не знаю, чего хочу больше — чтобы он ушёл или чтобы остался навсегда.
Кощей запрыгивает на спинку дивана, нюхает волосы Яра, потом ложится рядом, сворачивается клубком. Кот, который шипел на ожог, теперь спит рядом с демоном.
— И ты туда же, — говорю коту.
Кот не отвечает. Он знает, что я уже приняла решение. Просто боюсь себе признаться.
Встаю, накрываю Яра пледом (он же замёрзнет, наверное, хотя какой там замёрзнет — Огненный Змей). Поправляю подушку. Иду на кухню, наливаю вина. Пью в одиночестве, глядя в окно на московские крыши.
Завтра понедельник. Завтра Антон придёт за коробкой. Завтра начнётся настоящая жизнь с демоном на диване.
И почему я улыбаюсь?
Глава 4. Нечисть на рабочем месте
В половине девятого утра понедельника стою в прихожей, сжимаю в руках ключи и смотрю на Яра. Он сидит на тумбе для обуви, свесив босые ноги, и с аппетитом ест мой йогурт. Прямо из банки. Моей ложкой.
— Ты не можешь остаться дома, — говорю в сотый раз.
— Не могу, — соглашается он, облизывая ложку. — Я уже объяснял. Я не могу удаляться от тебя больше чем на пятьсот метров. Это условие договора. Если я останусь, а ты уедешь, меня начнёт разрывать. Буквально. Части тела будут лететь в разные стороны.
— Ты преувеличиваешь.
— Хочешь проверить? — он смотрит янтарными глазами. — Я не против. Но твоей соседке снизу, Марфе Васильевне, потом объяснять, почему на её балкон упала моя нога.
Вздыхаю. Он, кажется, не врёт. Или врёт, но очень убедительно.
— Ладно, — говорю. — Ты поедешь со мной. Но будешь невидимым для других. Ты можешь?
— Могу, — он ставит пустую банку из-под йогурта на тумбу. — Принимаю облик, который видят только призвавшие меня. То есть ты. Остальные будут смотреть сквозь меня. Но если захочу, могу проявиться на секунду. Напугать кого-нибудь.
— Не смей. Никого не пугай. Особенно моего начальника.
— Даже если он будет к тебе приставать?
— Он не будет. Он вообще не обращает на меня внимания, занят своими любовницами.
— Как скажешь, — Яр встаёт, потягивается, и снова вижу, как моя чёрная футболка натягивается на его плечах. Он всё ещё в ней. Своя рубашка высохла, но он не переоделся. Говорит, «так удобнее». Решила не спорить — нет сил.
Он щёлкает пальцами, и его фигура становится прозрачной, как стекло. Вижу его силуэт, но он будто состоит из воздуха и света.
— Так нормально? — спрашивает.
— Нормально, — вру. На самом деле жутковато — видеть призрака в своей прихожей.
Выходим из квартиры. Закрываю дверь, Кощей остаётся внутри — он уже привык к чужакам, даже не шипит.