— Чего свистишь, как оглашенный? — буркнул Рафи, подойдя к пролетке ближе. — Знаешь же, что тут непростое место. Можно и по шапке от городового получить.

— Ха, господин хороший, Прошку еще догнать нужно, — ухмыльнулся извозчик, кривя щербатый рот. Положил руку, больше похожую на лопату, на плетку с изукрашенной ручкой. — Разок хлестану, и все, ищи-свищи меня.

Рафи в нетерпении качнул головой. Ему было совсем не до этих пустых разговоров. Дел было по горло.

— Уважаемые люди просили весточку передач, — парень сразу же напрягся. Выходит, Прошка не по-пустому зубоскалил, а должен был передать сообщение от кого-то из воровского мира. — Говорят, что нашли твоего обидчика. Никуда не уехал, фраер. Тут заныкался, в номерах в порту. Вот адресок здесь.

В руках у парня сразу же оказалась сложенная в несколько раз бумажка, которую он незамедлительно развернул.

— Хорошая новость, Прохор. Держи, — назад Рафи передал серебряный червонец. — А давай-ка, прокатимся! Чего такое хорошее дело откладывать⁈ Поехали.

Вскочил в пролетку и хлопнул по плечу извозчика.

— Лучше держись, господин хороший! В один момент домчу…

И домчал с ветерком. С полчаса прошло, как оказался в другом районе города.

— А вот и порт, господин хороший, — Прошка натянул поводья, заставляя конягу сбавлять ход.

— В нумерах, говоришь, он? — Прошка кивнул. — Вот сейчас и поговорю с этим ушлепком, который совсем не ценит хорошего к себе отношения. А ты куда собрался?

Извозчик ловко спрыгнул с пролетки на землю и встал слева от парня. Из за пазухи уже вытянул потертый, видавший виды, револьвер.

— С тобой пойду. Место здесь больно поганое. За здорово живешь юшку пустят, — мужик с подозрением оглянулся по сторонам, словно, и правда, кто-то из-за угла к ним подбирался. — Подрежут тебя, а мне потом перед обчеством отвечай. А оно мне надо?

Рафи кивнул. Мол, тогда рядом держись. Вдвоём точно сподручнее будет по этим трущобам лазить.

— Этот дурень, похоже, сглупил, когда сюда полез, — ухмылялся извозчик, показывая на окружающие халупы. Те утопали в гниющих отбросах, и только полный сумасшедший стал бы здесь скрываться. — Вестимо, спрятаться хотел. Думал, здесь спокойнее будет… Как бы ему уже и брюхо не вскрыли. Здесь такое запросто будет.

Оказавшись у покосившегося двухэтажного здания первым, Прошка с силой пнул по двери. Та с жалобным скрипом дернулась в сторону, едва не слетая с петель. Открылось черное зево, из которого тут же дохнуло тошнотворным ароматом — то ли откровенной тухлятиной, то ли человеческими испражнениями, то ли всем вместе сразу.