— Это именно то, что ты подумала, — ворчу, избавляясь от цепкой хватки магички. — Так уж получилось. Своих братишек придурочных благодари. Но пока ты не сбежала их убивать с особой жестокостью, скажу: у них, по сути, не было иного выхода.
— !!! — ругается трёхэтажным Шерри, падая попой на подлокотник кресла. — Допрыгались, идиоты.
— Угу. А они, кстати, где?
Подруга рассеянно машет рукой на приоткрытую дверь.
— Понеслись выяснять отношения с Джентом, твой брат принесся утром и с порога заявил какую-то дичь, что он якобы убил моих братьев и спрятал их трупы.
Радость от того, что сводный жив, мгновенно испаряется.
— Э-э-э… Так это был Джентаро?! За что?
— Да чтобы я знала. Я вообще ни хрена не понимаю!!! Что происходит, Анна?!
— Не кричи, — бурчу, быстренько одеваясь, впрыгиваю в балетки, хватаю блондинку за руку и мчу к выходу. — Идём, выясним, что тут к чему.
— Отец не позволит вмешиваться в мужские разборки, — уныло бормочет блонди, едва успевая переставлять за мной ноги.
— Ну, это мы ещё посмотрим.
Подлетаем к кабинету папы-лорда, а там на двери полный форшмак из различного уровня защит-заклинаний. Откашлявшись, ору:
— Папа-Лефевро, открывайте, медведи пришли!
Короткое молчание — и уверенное папы:
— Никого нет дома, оставьте ваше сообщение с целью визита на аперфайн.
Давлюсь смехом, а Шерри шокировано хлопает ресницами.
— Выломаю к чертям собачьим дверь, — реву ласково. — И подорву ваш кабинет.
— Ну, что за невестка мне досталась? — ворчание, и дверь открывается. — Ведьма, входи. А ты, моя дорогая, — к себе в спальню.
— Не-а, мы идём только в комплекте. — Вытягиваю шею, замечая осунувшегося сводного, причём спелёнатого с ног до головы чарами. Машу братцу ладошкой. Вижу какого-то незнакомого мне хера и хмурых парней. — Двигайтесь, папа-Лефевро, мы входим.
Так, мы входим под стон Брайта. С интересом кошусь на незнакомца, киваю приветственно и тяну притихшую подругу к сидушкам, плюхаясь рядом с Джентом. Хлопаю сводного по плечу.
— Ну, Джентаро, и как ты докатился до такой жизни?
Смешок незнакомого хера. Если вы не знали, то «хер» по-немецки — господин, так что я этого хера не оскорбляла.
Дженти вздыхает и играет в молчанку.
— Вы ему, что ли, рот запечатали, чего он молчит?
— Брайт, ты был прав. Совершенно удивительное создание — твоя невестка, — с ноткой веселья говорит хрен. На этот раз, да, оскорбление.
— Ко мне можно обращаться напрямую, уважаемый, разрешаю. Меня зовут Анна. Анна Эварт.
— Лефевро-Барро, вообще-то, — ворчит Фиат.
— Барро-Лефевро.
Закатываю глаза. Детский сад. Шерри тихонько веселится, да и вообще все веселятся, кроме меня и Джентаро, нашли время.