От ее взгляда даже становится неловко, и я вытираю со лба пот тыльной стороной руки. Лера замечает порезы и хватает ладонь.

— У тебя раны воспалились, — говорит она, удерживая пальцы, чтобы я не сжал руку в кулак.

Я не знаю почему, но от этой беспощадной заботы и ее прикосновений внутри что-то дергается. Будто мне… приятно. Наверное, потому что я не знаю, что такое забота. Или потому что ее руки на удивление мягкие и нежные.

— Тебе в больницу надо, — говорит она. — Родители могут тебя забрать?

— Нет, — быстро отвечаю я.

Лера отпускает меня, и моей руке резко становится холодно. Странное чувство.

— Я сейчас вызову такси, и ты поедешь в больницу, — говорит Лера.

— Не надо, — противлюсь я. — Не нужна мне твоя забота.

— Это не забота. Это взаимовыручка. Ты вытащил меня на пикнике, я помогу тебе сегодня. Мы в расчете.

Я молчу. Наверное, стоит ей напомнить, почему она оказалась в обрыве, чтобы она отстала от меня. Но я не хочу этого. Не хочу, чтобы она отставала. Сейчас, когда у меня нет сил строить из себя крутого парня, когда все ресурсы на исходе, мне впервые плевать. Возможно, завтра я пожалею, что вот так запросто сидел со своим главным врагом. Возможно, завтра или уже сегодня Лера воспользуется этим и сделает из меня посмешище. Но сейчас я вымотан без остатка.

Перед глазами мелькает все, что произошло за эти дни: падение Леры, мой страх, травма ноги, пьяный отец, попытки заработать деньги на еду, мой крах на поле. Я не справился. Оказывается, я не всесилен, и эта мысль бьет сильнее, чем я по мячу.

Мы сидим в тишине, лишь слушая шум с поля. Матч заканчивается нашим жестким провалом, и в раздевалку начинают стягиваться пацаны. Появляется Роман и подходит к нам.

— Ты как, калека? — говорит он, и в его голосе нет ни капли злобы. — Ты давай прекращай такие штуки со своим здоровьем. Я, конечно, рад разгромить вас, но это не честно получается.

— Не всегда же тебе проигрывать, — хмыкаю я. — Я поддался просто.

— Охотно верю, — кивает Роман. — В следующий раз не поддавайся, а то без тебя неинтересно. Хочется тебе по-настоящему задницу надрать.

Он вытирает лицо подолом футболки и смотрит на Лерку.

— А ты что тут? Пришла спасать раненого птенца? — говорит Роман.

— Я… — протягивает она.

— Ты вообще не меняешься, — говорит он. — Вечный спасатель. Ты мне номер-то свой дашь? Я вместо МЧС сохраню.

— Пиши, — улыбается она.

Роман достает телефон и протягивает Лерке. Она быстро вбивает цифры и протягивает телефон обратно. Он смотрит и хмыкает.

— Так и записала — МЧС, — улыбается он.

— Ром, поможешь Даню до такси довести? — спрашивает она, и я хочу начать сопротивляться.