Медленно выдыхаю, пытаюсь собраться с мыслями. Пытаюсь поставить себя на место Марианы — на душе тяжело, руки дрожат, но… Наше главное отличие — я выросла в тепле, любви и заботе… А если бы у меня не было Добриэля? Если бы меня некому было защищать… Если бы я была вынуждена молчать, чтобы сестру не тронули… А единственный человек, который протянул мне руку, оказался в кабале…
Пазл складывается.
Мариана и Эмилио — в сговоре. Их цель — не нас поубивать, а расправиться с чародеем, только сил у них не достаёт. Потому им нужна была я. За мной обязательно кто-то пришёл, и во время драки эти двое разрушили бы сосуд души. Сообственно так оно и произошло. Только у самого финала Сандр заупрямился.
Для Мари и Эмилио выживший чародей — гарантированная смерть.
Спина покрывается мурашками, а в горле застревает комок. Почему же Мари прямо не попросила о помощи? К чему это притворство?
Может, она просто не умеет иначе… Возможно, за годы жизни во дворце Мари разучилась просить о помощи, привыкла прятать слабость за маской сумасшедшей. А когда её загоняют в угол, Мариана нападает.
Осталось проверить свои догадки. Смотрю на огненные камни под ногами, и меня всю аж трясёт, но другого способа выяснить правду я не вижу.
— Сандр, ты мне веришь?
Князь тотчас берёт меня за плечи, поворачивает к себе и заглядывает в глаза. Осторожность борется с сомнениями, затем он находит мою ладошку и крепко сжимает пальцы.
— Абсолютно!
— Сделай, как она просит — вытащи отсюда чародея! А мы вернёмся. Я — обещаю!
Лицо князя мрачнеет, он не согласен, и плевать ему на чародея.
— Но…
Не время для возражений. Я поднимаюсь на носочки, кладу ладони на широкие плечи и внаглую целую своего князя. Его губы обжигают, хочется насладиться моментом сполна, но время опять на стороне врага.
— Сандр, обещаю!
В глазах князя всё ещё полыхает сомнение, он скользит по моему лицу взглядом, а на дне серых глаз полыхает единственное желание — закинуть меня на плечо и умыкнуть куда подальше.
— Прошу тебя, поверь мне.
На его скулах выступили желваки, затем он порывисто схватил меня сзади за шею и прижал к себе, да так крепко, что я буквально утонула в его объятиях. Тёплое дыхание обожгло ухо.
— Чую, будешь ты из меня верёвки вить… — прошептал он. — Хорошо, я передам тело чародеям и… если через десять минут ты не вернёшься, я приду сюда с Добриэлем и со своим войском.
— Идёт, — говорю и ласково поглаживаю колючую щёку.
Ему пора уходить — его силы тают, но князь медлит и не выпускает меня из объятий.
— Мне взорвать что-нибудь поближе? — напоминает о своём существовании Мариана.