Но самое странное — то, как она смотрела. Искренне, с надеждой, а холодные пальчики сжимались на моей ладони, будто я — последний шанс. Единственная щепка к спасению.
Для меня видеть Агнес такой — как удар под дых. Один взгляд — и я безоружна и загнана в тупик.
— Вержи, умоляю… объясни мне хоть что-нибудь. Мари… Она хотя бы жива? Я снова и снова прокручиваю в голове её слова… Она словно попрощалась. Навсегда…
Смотрю на сестру — сейчас ничего не осталось от той стервы, с которой месяц назад я познакомилась во дворце. Вся напыщенность, самоуверенность просто ушли, растворились в тревоге за единственного дорогого для Агнес человека.
Только после признаний Найджела я поняла, что все эти годы старшие принцессы могли полагаться только друг на дружку. Они — и сила, и слабость друг друга. Но теперь их тандем разрушен. И старшенькая выглядит жалкой — она фактически потеряла половину себя.
Медленно выдыхаю — забирать надежду сразу нельзя, но и утешить Агнес нечем. Мариана добровольно передала свою жизнь и свободу чародею в обмен на силу. Магия безвременья должна была послужить ловушкой для Добриэля. Я выиграла то сражение благодаря фейр князя, а Мари пришлось платить по счетам. И что сказать её безутешной сестре?
— Вержи, ты молчишь… Почему?
Смотрю в голубые напуганные глаза. За всё время, которое они провели во дворце, ни одна живая душа не протянула им руку помощи. Ни король, опутанный приворотом, ни Найджел, запутавшийся в собственном прошлом, ни наставница…
Никто…
Выдыхаю и чувствую, как из глаз катятся слёзы. Эти девочки хоть раз чувствовали себя счастливыми? Хотя бы один день в этом проклятом дворце?
Злость ушла, осталась только горечь и сожаление, что ничего нельзя исправить. Нельзя воротить время вспять. Я потянула Агнес за руку и просто обняла.
Старшенькая дёрнулась, попыталась выпутаться, но я удержала её рядом, ощутила её дрожь и мокрое платье, а ещё едва уловимый запах духов — почти такой же, как у Марианы.
— Я уверена, наша сестра жива! — выдохнула едва слышно.
Да, Мари мне не нравится, и её поступки — ужасны. Но… если бы я оказалась на её месте… Я не знаю, что бы я выбрала. И эта мысль меня пугает.
— Мы с Мари… успели поговорить… И…
— Расскажи мне, — надломленный голос Агнес прозвучал над самым ухом, а затем она вдруг тоже обняла меня. Впервые мы со старшей сестрой обнялись по-настоящему. — Я… хочу… помочь.
* * *
Признание тихое, голос дрожит, но за ним решимость — переступить через себя, перешагнуть все обиды, что стоят между нами, и действовать без оглядки. Вместе.
Отстраняюсь от Агнес, заглядываю в голубые глаза — и, как ни странно, у сестры нет ни короны, ни положения, но сейчас я буквально всей шкурой ощущаю её власть и уверенность.