Я обвязываю ленту вокруг лодыжки и начинаю завивать локоны.

Раз. Два. Три.

Снаружи горы кажутся острыми и белыми на фоне неба. Внутри лязгает радиатор. Гудит холодильник.

И я сижу здесь, считаю повторения, стараясь не думать о том, сколько места она сейчас занимает.

Как мало мне осталось.

***

ÉLISE

Телевизор включен, когда я возвращаюсь с кухни со льдом и миской крендельков.

Оре Супер-Джи. На экране показан гонщик, преодолевающий крутой технический участок, ворота закрыты, шведская толпа ревет.

Нико находится именно там, где я оставила его десять минут назад. На диване, больная нога положена на кофейный столик, бандаж туго перетянут, под коленом подушка. Он не пошевелился. Даже не изменил позы.

Я положила пакет со льдом на стол рядом с ним. - Только что из морозилки.

-Спасибо.

Он не смотрит на меня. Просто тянется за ним, прижимает к колену, морщась, пытаясь скрыть.

Я сворачиваюсь калачиком на другом конце дивана, поджимая под себя ноги, и кладу крендельки между нами. Он не берет ни одного.

На экране гонщик пересекает финишную черту. Часы мигают зеленым. Пока третье место.

"Хорошая пробежка", - говорит комментатор. "Это будет трудно превзойти".

Я бросаю взгляд на Нико. Его челюсть сжата, глаза прикованы к экрану, как будто он смотрит что-то, чего не хочет видеть, но не может отвести взгляд.

- Хочешь посмотреть что-нибудь еще? Осторожно спрашиваю я. — Есть документальный фильм о...

- Нет. Все в порядке.

"Нико".

- Я сказал, что все в порядке.

Я не давлю.

Следующий гонщик - Томас.

Я чувствую, что Нико замер рядом со мной, такая тишина, которая громче, чем движение.

Томас атакует на поле, агрессивный, точный, пробивает ворота, которые кажутся невероятно плотными. Шум толпы нарастает. Комментаторы возбуждены.

- Это быстро. Это очень быстро.

Томас пересекает финиш. Мигают часы. Первое место.

Трансляция прерывается на нем в зоне финиша, без шлема, ухмыляющийся, товарищи по команде окружают его толпой. Комментаторы воспроизводят ход, разбивая его на части, восхваляя его линию, его технику, его уверенность.

"Томас Керн выходит вперед с блестящим первым забегом. Это может стать его прорывным моментом ".

Нико берет крендель. Разламывает его пополам. Жует так, словно он картонный.

- Я так рад за него, - бормочет он.

Я не отвечаю.

Комментаторы переходят к турнирной таблице. Экран заполняет графика, имена и время располагаются по порядку. Вверху Томас. Затем несколько других. Швейцарец. Норвежец. Французский.

Нет Нико.

Потому что Нико не участвует в гонках. Не участвовал в гонках. Не будет участвовать в гонках еще несколько недель.