Я ухмыляюсь и опускаюсь на стул напротив нее, ставя свой поднос на стол с таким грохотом, что Лукас вздрагивает. Катарина уже работает — медиа-планы, спонсорские обязательства, возможно, таблица со всеми способами, которыми я могу облажаться в эти выходные. Она хороша в своей работе. Ужасающе хороша.

А это значит, что она также единственный человек здесь, который знает, что я связан с Элизой Моро.

Я запихиваю в рот вилку с фальшивым Рести и пытаюсь говорить непринужденно. - Ты знаешь эту девчонку Моро? Élise."

Пальцы Катарины замирают на клавиатуре. Одна идеально изогнутая бровь приподнимается. Она по-прежнему не смотрит на меня.

- У тебя есть шанс узнать, что она на самом деледелает для Eiswerk? Я откидываюсь на спинку стула, излучая непринужденную уверенность. "Она сказала, что заставит меня соблюдать линию. Звучит как описание работы, не так ли?"

Теперь она поднимает взгляд. Выражение ее лица - чистый, вооруженный сарказм.

"Судя по тому, что я видел в Reiteralm, она уже заставила тебя перейти черту". Она пропускает это мимо ушей, наблюдая, как я корчусь. "Просто... наоборот".

Жар ползет вверх по моей шее. Я скрываю это смехом, который выходит слишком громким и слишком ярким. "Что? Нет. Это просто перепихон. Я неТомас . Здесь нет эпической истории запретной любви ".

Катарина наполовину закрывает свой ноутбук. Черт. Это значит, что теперь она полностью завладела моим вниманием, а это никогда не бывает хорошо.

"О", - говорит она ровным голосом. "Просто перепихон. Этосерьезно ".

Я машу рукой, улыбаясь шире, потому что, если я перестану ухмыляться, она поймет, что я лгу. - Да. Вы с Томасом не единственные, кто наслаждается запретным романом в цирке. Расслабься".

Она не расслабляется. Она наклоняется вперед, и внезапно она перестает быть Катариной-пиар-менеджером. Она - Катарина-которая-знает-как-это-влюбляться-не-в-того-человека-в-этом-мире.

"Мы с Томасом были достаточно глупы, когда начинали", - тихо говорит она. "И мы взрослые люди. По сути, ты все еще ребенок с ракетой, привязанной к ногам". Ее взгляд пригвождает меня к месту. - Она избалованная принцесса, чей отец владееттвоими лыжами . Это не романтично, Нико. Это опасно".

Узел в моем животе затягивается. Я запихиваю в рот побольше еды, чтобы не отвечать сразу.

"Ты же понимаешь, - продолжает Катарина, теперь мягче, - что ребята всегда готовы помочь тебе, если тебе нужен совет, верно? Не только по поводу веревок и лыж".