— А вот это ты зря. И покруче нас парни гибли. Окажись на его месте я или даже ты, то же самое произошло бы. Не было у него шансов, как не было бы их и у нас. Ты же сам все видел: дистанция из того закутка, где она пряталась, ей как раз на один прыжок была, а он к ней спиной стоял, потому как за двором наблюдал. А вообще, если разобраться, все мы ему жизнью обязаны: не успей Ракитин выстрелить, нашуметь, тварь, скорей всего, в ход за вами полезла, и черта с два вы бы с ней там справились. А там бы и до меня очередь дошла, — и поинтересовался: — Что молчишь, Глеб?

— Думаю.

— О чем? — не отставал Поликарпов.

— О мещанстве.

— О мещанстве? — не на шутку удивился Семен. — А что о нем сейчас думать?

Но Чужинов лишь отмахнулся:

— Долго объяснять.

Читал где-то Глеб объяснение тому, что есть мещанство.

«Мещанин — это человек, у которого полно дорогой, красивой посуды, а он пользуется щербатыми чашками, — утверждалось там. — Бережет он дорогую на какой-то особый случай. Бывает, что так она у него и простоит без дела до самой его смерти: старуха с косой в любой момент может заглянуть без приглашения».

Вот и он сам. На голове твари осталась отметина от его пули. Той, от первого выстрела, что дала рикошет. Будь у него не обычные пээмовские, а патроны ПБМ, этого единственного выстрела ей и хватило бы. Нет же, тоже берег их на какой-то особый случай, а когда он наступил — они в «Снегирях» оказались. И сам едва со смертью разминулся, и Ваксин на волоске был. Черта с два его теперь заставишь пить из щербатых чашек, пусть уж лучше патроны кончатся.

— … Примерно так все и случилось, Петрович, — закончил свой рассказ Чужинов. — Мы одну лапу с собой прихватили как доказательство, чтобы не подумал никто, что нам с перепугу все примерещилось.

— И без того верю. Мне уже после вашего ухода сообщили, что в Косорях нечто подобное произошло. Все переживал, что вы не знаете. Но там больше домыслы — в живых никого не осталось, по следам выводы делали. А тут прямые доказательства и свидетели есть. Хорошего, конечно, мало, но, по крайней мере, вводных достаточно, чтобы принять меры. Или, по крайней мере, подумать над ними.

Викентьев расхаживал по комнате из угла в угол.

— Да, перед тем как все случилось, соли они много успели сварить. На одни сани точно не поместится.

— Соль вывезем, не проблема. Где людей найти, чтобы там оставить? — Викентьев поморщился. — И раньше-то никто туда особенно не рвался, а теперь и подавно только под угрозой расстрела. Ладно, справимся как-нибудь. Тут вот что: Старовойтова весточку тебе прислала. Я так понимаю, договор у вас какой-то был, и она о нем напоминает.