— Да что там его щупать, ты на лицо его синюшное взгляни — явно сердце не выдержало. Ты ему еще искусственное дыхание попробуй сделать. — Джиоев оставался верен себе. — И не смотри на меня так: я ему точно не помогал откинуться. Как рассвело, так и увидел.

— И в голову не пришло.

Рустама Чужинов знал давно. Да, непримирим он к некоторым вещам, но чтобы вот так, пока все спят… Нет, кто угодно, только не он.

— Похоронить бы надо. — Услышав голоса, Поликарпов проснулся тоже. — Каким бы он ни был, а человек все же. Не в доме же его оставлять. А на снег бросить если, что от него останется?

— Времени греть землю, чтобы выкопать могилу, у нас нет, — не задумываясь, ответил Чужинов. — Ты прав: просто выкинуть, тоже не годится. Если он даже не совсем человек, но мы-то себя людьми считаем? Мешки под нарами видел, веревки тоже есть, обмотаем и к дереву подвесим. Придет весна, земля оттает, глядишь, и найдется какой-нибудь сердобольный, похоронит как положено. Делаем все быстро: придется крюк давать, так что путь раза в полтора увеличится. Да и от Хмырников до Комово, если случится вдруг, топать и топать.

И снова многочасовой бег, теперь уже по лесу в стороне от дороги. Наконец среди макушек деревьев показалась вершина очередного холма. Голая, как и утверждал Чужинов.

— Это она, твоя Лысая гора? — спросил Джиоев, грудью опираясь на воткнутые в снег лыжные палки.

— Она, Рустам, она, — утешил его Глеб. Видел он, что Рустаму все тяжелее даются такие большие пробежки, но причины пока не знал. — Не ошибешься: такая вершина по всей округе единственная.

— Хвала Всевышнему! — Джиоев провел ладонью по бороде, смахивая с нее образовавшуюся от дыхания изморозь. — Все когда-нибудь заканчивается: и хорошее, и плохое. Особенно хорошее, — философски изрек он.

Они поднялись на вершину, преодолев последние метры уже ползком: темные фигуры на снегу видны издалека. Чужинов надолго припал к биноклю, затем протянул его Рустаму: мол, взгляни. Семен пользовался монокуляром, но даже без оптики, с одного беглого взгляда было ясно: тот человек им не врал — Хмырники действительно подверглись нападению. Абсолютно безлюдные улицы, поселок показался бы полностью вымершим, если бы из труб некоторых домов не шел дым.

— В осаде сидят, — заключил Поликарпов. — Помощи ждут.

Были видны и взявшие в осаду людей твари.

— За пятьдесят уже насчитал, — сообщил Семен. — Глеб, вроде они далеко не все там зимние. Как так?

— Спроси что-нибудь полегче, Сема.

Он и сам прекрасно видел, что основная масса, если не все, — обычные твари, которым уже месяца два как положено спать, дожидаясь лета. Значит, кто-то их поднял и пригнал сюда, а теперь не давал уйти. Но кто именно? Кто-то задействовал устройство, а такие есть, импульс которого позволяет собрать множество тварей в одном месте? И еще: и внешний периметр, и ограждение, разделяющее на зоны внутреннее пространство, выглядят целыми, все ворота закрыты. Но ведь каким-то образом твари умудрились попасть внутрь? Ладно зимние, а остальные? Сплошные загадки. Глеб заиграл желваками.