— Я буду его секундантом, — веско произнес он.

Воротынский отшатнулся, словно получил пощечину.

— Ты⁈ Радинего ?

— Ради чести, Никита, — ледяным тоном ответил Строганов. — Ты перешел черту. Ты устроил балаган. Ты оскорбил моего гостя.

Он обвел взглядом присутствующих генералов и банкиров.

— Род Строгановых официально выступает гарантом этой дуэли со стороны Александра Зверева. Мы проследим за соблюдением условий.

Лицо Никиты побелело. Он понял, что теперь это не просто избиение. Теперь это война интересов. Если он проиграет или сжульничает, он опозорит свой Род перед всем светом. Но отступать было некуда.

— Хорошо, — процедил он. — Две недели, Зверев. Готовь гроб.

Он резко развернулся и, не прощаясь, быстрым шагом направился к выходу. Толпа расступалась перед ним, как вода перед акулой. Когда двери за ним захлопнулись, Строганов тяжело выдохнул и посмотрел на меня.

— Ты сумасшедший, Зверев, — тихо сказал он. — Ты хоть понимаешь, на что подписался? Никита — отличный фехтовальщик, да и в гвардии их натаскивают. Без магии он опасен вдвойне.

— А я, Кирилл Алексеевич, — я улыбнулся, предвкушая схватку, — без магии опасен втройне. — Я посмотрел на свою руку, сжимая и разжимая кулак.

— Две недели. Этого хватит.

Еще час я прибывал в клубе, а после распрощавшись вызвал такси и отправился домой.

Такси высадило меня у обшарпанного подъезда общаги. Контраст был оглушающим. Еще полчаса назад я пил минералку за тысячу рублей в окружении генералов и банкиров, вдыхая ароматы дорогих сигар и парфюма. Теперь я стоял перед грязной бетонной коробкой.

Поднявшись на свой этаж, открыл дверь и шагнул в темноту комнаты. Я не стал включать свет. Я сорвал с себя бабочку, расстегнул верхнюю пуговицу рубашки. Костюм от Лорана теперь казался смирительной рубашкой. Тело гудело. Адреналин после стычки с Воротынским схлынул, оставив после себя злую пустоту. Стянув с себя, я принял холодный душ. Но он не помог, внутри был зуд. Ярость. Желание крушить. Никита, с его надменной рожей, с его уверенностью, что он может меня разделать и просто угрожать… Он разбудил во мне зверя, а потом просто сбежал, оставив этого зверя неудовлетворенным.

Я сжал кулаки так, что суставы побелели. Мне нужно было выпустить пар. Иначе я разнесу эту комнату к чертям. Быстро переодевшись, я решил съездить развеяться.

— Добрый вечер Александр, — раздался из темного угла бархатный, насмешливый голос.

Обернувшись, я заметил, как Лира отделилась от тени шкафа.

— Мне нужно… — я сглотнул вязкую слюну. — Мне нужно кого-нибудь убить. Прямо сейчас. — Лира улыбнулась. Хищно, широко, обнажив кончики клыков.