Егерь приблизилась, нависая над Сорокой и не отводя взгляда. В её левой руке парень заметил длинный изогнутый пульт, самодельный и неказистый, но от этого не менее опасный. Вспомнил, как Пётр пытался помешать включить рок. Вспомнил выстрел из «Нагана».

Поднял взгляд, равнодушно изучая спутницу снизу вверх.

— Готово, — отчиталась Яна, будто только этого Павел и ждал. — Вставай, пора сваливать.

Против воли на лице Сороки прорезалась улыбка. От абсурдности предложения он чуть не рассмеялся. Но вовремя смекнул, что за такое проявление чувств может получить пинок в лицо, и взял себя в руки.

— Куда сваливаем? — отрывисто спросил живой трофей, истерично всхлипнув.

— Подальше, мать твою! — негромко, но с угрозой бросила Погремушка. И скривилась, сомневаясь в умственной полноценности собеседника. — Ты что, за дуру меня держишь? Думал, я самоубийца? Чёрта с два! Сваливаем и рванём этот вертеп снизу, с безопасной дистанции. Пульт держит сигнал на тысяче метров… Вставай, мля! Сгнивать в этой дыре я точно не желаю.

Сорока задумчиво пожевал губу. Вдруг подумал, что пересохшая и обескровленная она напоминает ему чужеродный предмет. Например, сушёный корешок или ломтик пластмассы. Покачал головой.

— Знаешь, Яна… тут не катакомбы старого метро. И не Циферблат, где мне повезло от них оторваться. Тут правят они — хищные застекольщики. И далеко нам уйти не дадут.

Несколько секунд она внимательно изучала его с высоты своего роста. Пристально, будто бы раздумывая, не поднять ли силой или не отвесить ли пощёчину. Затем с пониманием кивнула, тряхнув короткой чёлкой. Вдела руку с пультом в свободную лямку рюкзака, до этого наброшенного лишь на одно плечо. Проверила застёжку револьверной кобуры.

— Ясно, — негромко и спокойно констатировала она, отчего на душе Сороки стало ещё поганее. — Значит, сдулся-таки, малец? Ну что ж… силком тянуть не буду. Раз хочешь, оставайся.

Качнулась на пятках с противным скрипом подошв, уже намереваясь уйти. Задержалась напоследок, сбивчиво обронив в пол оборота:

— Спасибо, что помог. Я шепну словечко нашим. Знай, что отныне твои близкие на Циферблате ни в чём не будут нуждаться…

И вдруг громко икнула.

Уставилась на живот, где чёрную кожу промасленной куртки вдруг украсила рваная дырочка.

С недоумением покосилась на Сороку…

Вторая пуля ужалила Погремушку в левое плечо. Девушку отбросило, рука дёрнулась, по дуге отбрасывая пульт управления взрывчаткой. Следующий выстрел угодил в меняющую цвет колонну над головой Павла, заставив полый столб покрыться рябью и сетью помех.