Погремушка не собиралась спорить с мёртвой сестрой. И с голосом шефа со смешным прозвищем тоже. Оба они настаивали, что Яна совершила ошибку, но отступать стало поздно ещё минут десять назад. А уж когда появился этот запыхавшийся, выщелкнутый темнотой, как клинок выкидного ножа, и подавно…

Она могла многое ответить голосам в своей голове.

Начать с того, что не была убийцей, несмотря на всю жёсткость характера и закалку, выпестованную Баклажанчиком. Нет, бросить умирать угодившее в западню существо — это не по её части. Убить или обречь на смерть у неё бы просто не хватило духа. Даже после спасения, когда девушка поняла, что перед ней совсем не человек.

Конечно, в её восприятии молчуны не шибко отличались от крыс, оставаясь животными столь же жестокими и стайными. Но раз уж она сбросила этому неудачнику одну из своих верёвок, утащив из-под розовых носов-хоботков… Интересно, повторила бы она свой поступок, если б знала, что под ногами готовится к смерти от крысиных укусов один из тех, кого она ненавидела и презирала всей своей сущностью?

Ленка могла ответить на этот вопрос. Баклажанчик тоже мог. Сама Яна, если и знала ответ, проговаривать его совсем не хотела. Последний бы, наверное, вообще столкнул спасённого обратно, стоило ему лишь догадаться. Но Погремушка не была убийцей. И становиться не собиралась. Даже ради сестры…

Та, словно устав спорить, замолчала, оставив младшую в компании двух незнакомцев.

Да уж, завертелось так, что нарочно не придумаешь. И, будто одного встречного было мало, внезапно появляется второй. Нормальный, человечный, хоть и выглядящий так, словно сбежал из Преисподней. Что он, ради всего святого, вообще тут делает?

Лет на пять моложе самой Яны, в отличие от взрослого нелюдя. Одет так, словно ограбил армейскую лавку. Новенькая куртка, уже рваная в нескольких местах. Рюкзак, пистолет за поясом, недавно распечатанный респиратор. Погремушка не спускала его с прицела, хотя хорошо видела — парнишка не опасен. Во всяком случае, если потянется за стволом, нажать на спуск егерь успеет гораздо раньше.

Где-то в глубине, за что ей стало неожиданно стыдно, она вдруг захотела такого поворота событий. Стало бы одной проблемой меньше, верно? А иначе наперво решать, что делать со спасённым застекольщиком. Отпустить на все четыре стороны? Так сразу ведь выдаст. Тогда наверху зафиксируют прорыв периметра, обшарят тоннели и закроют лазы в Купола. За это её не только другие егеря поблагодарят. Баклажанчик первым будет, если вообще не пришибёт. А как Погря эту дилемму решит, так потом ещё и с неказистым возиться.