Глава 14
Страница 93 из 111
Настройки чтения
18px
1.8
1

Глава 14

Страница 93

В. Д.

Газетчик уже орал про покойников следующему. Я сложил «Листок» вчетверо и сунул за пазуху, к указу Ковригина.

Интерлюдия

В «Якоре» пахло, как всегда, жареной рыбой, мокрыми тулупами и дешевой водкой. Только тулупов нынче не было: грузчиков с матросами выставили, и длинные столы стояли пустые.

У дверей топтались двое городовых. Вышибалы стояли у стены смирно, руки по швам.

Нил Потапыч стоял за стойкой, в поддевке, и глядел в угол. Стол Спироса оттуда сдвинули, половицу под ним подняли и бросили рядом. В дыре ничего не нашлось.

Перед стойкой сидел чиновник из сыскной, молодой, с башлыком на плечах, и держал на колене книжку.

— Итак, любезный. Кто спрашивал Ксенаки последнее время?

— Знать не знаю, ваше благородие. — Нил Потапыч взял стакан и протер. — Сидел человек, чай пил. Мало ли кто к нему ходил.

Чиновник голоса не повысил.

— Заведение я опечатаю нынче же. Патент отнять недолго, а вас в часть, покуда память не вернется.

Нил Потапыч вздохнул.

«Спиросу теперь все едино, — прикинул он. — А мне тут торговать».

— Да разные люди, — сказал он. — Последним был поляк, чаю спросил и два стакана выпил. Нервный был, вот и запомнил.

— Чего хотел?

— Спироса ждал. С полудня до второго часу. Потом спрашивал, где тот живет.

— И вы сказали?

— Сказал, — кивнул трактирщик, а про красненькую упоминать не стал.

— Каков из себя?

— Одет чисто, пальто хорошее, при часах. По-нашему говорит гладко, а все слыхать, что пан.

Карандаш прошелся по книжке. Чиновник встал, накинул башлык и двинулся к дверям.

— Эти двое побудут до вечера, — бросил он через плечо.

Дверь за ним хлопнула. Городовые сели на лавку у входа.

Нил Потапыч поглядел на дыру в полу и поманил полового.

— Черным ходом ступай. На канаву, под Кокушкин мост. Скажешь: «Якорь» трясли, про Грека спрашивали.

— Кому сказать-с?

— Там знают кому.

Половой снял фартук и ушел через кухню.

* * *

Ваньку я взял у Гостиного.

— На Разъезжую, к аптеке.

Невский гулял четвертый день: сани шли в три ряда, с бубенцами, и ванька мой то и дело придерживал лошадь. На Владимирском стало просторней.

По обе руки тянулись вывески, и только одна витрина, в два окна, стояла пустая, с бумажкой на стекле: «Сдается».

У аптеки я слез и дал гривенник. Прошел немного по Разъезжей и свернул к знакомому спуску в полуподвал.

Ступени были все те же, выбитые. Я сошел по ним и постучал костяшкой. Сперва за дверью было тихо. Потом скрежетнул засов, и створка приоткрылась на ладонь, на длину цепочки, осторожно выглянула Мари и покосилась на меня, а после за мою спину.

— Один я, Мари, — хмыкнул я.

назадназад
1 ... 91 92 93 94 95 ... 111
впередвперед