Я сбросил интерфейсный костюм, переоделся в оставленную здесь одежду, простые джинсы и футболку, и направился к ним. Они заметили меня не сразу, настолько были поглощены своим разговором.

— … это же просто поэзия! — гремел Борис, когда я оказался рядом. — Представь себе уровень планирования! Целая цепочка одноразовых аватаров, прокси-сделки, использование удаленного персонажа для финального вывода… Это не просто эксплойт, это произведение искусства!

— Это дыра в безопасности размером с Цитадель, — ровно ответила Елена. — Анонимный аккаунт, созданный за пределами стандартных протоколов, совершает одну единственную транзакцию на аукционе, а затем удаляется, не оставляя логов. И все это ради одного предмета. Мы даже не можем доказать, что он не был сгенерирован читами.

Они наконец заметили меня. Борис тут же повернулся ко мне, его лицо сияло, как у ребенка, которому только что показали новый, невероятный фокус.

— Андрей! Ты как раз вовремя! Скажи ей! Ты же понимаешь красоту момента! [Перчатки Музы], легендарный одноразовый рецепт, божественный артефакт, всплывает на аукционе на тридцать семь секунд и исчезает! А персонаж, выставивший его, просто испаряется! Его никогда не было! Это же призрак, легенда, рожденная прямо у нас на глазах!

Я невольно улыбнулся. Азарт Бориса был заразителен. Он видел в этом не проблему, а яркую историю.

— По логам непонятно, у кого он сейчас? — спросил я, переключаясь в рабочий режим.

— В том-то и дело! — всплеснул руками Борис. — Никто не делал ставку. Лот был снят владельцем. И теперь он просто… нигде. Призрак, я же говорю!

— Идеальное преступление, — задумчиво заключил я. — Замести следы так, чтобы даже вы, со всеми своими инструментами, не смогли ничего найти… Это впечатляет.

— Вот! — Борис победно посмотрел на Елену. — Он понимает!

Елена лишь вздохнула, но в ее глазах я увидел не раздражение, а тот же холодный блеск профессионального интереса, что и у себя.

— Ладно, — сказала она. — Похоже, у нас появился новый исследовательский проект. Но это потом. Андрей, нам нужно обсудить детали по «Теневой Экономике». Пойдем, выпьем кофе. В фудкорте сейчас должно быть потише.

Мы оставили Бориса наедине с его новой загадкой и спустились на несколько этажей ниже, в царство стерильного неона и корпоративного питания.

Здесь, в отличие от живого, дышащего хаоса таверн Лирии-Порта, все было предсказуемо и безопасно. Я заказал себе большую порцию азиатской лапши, источавшей пряный аромат. Елена же, ограничилась порцией кофе. Мы заняли столик у панорамного окна, из которого открывался вид на ночную Москву, рассыпавшуюся мириадами огней.