В конце концов, физическая усталость взяла свое. Я лег, но сон не был спасением. Он стал продолжением анализа, симуляцией, запущенной моим перегруженным мозгом.

Мне снилась церемония. Огромный зал, похожий на тот, что был в поместье Валетти, но еще более роскошный, залитый золотым светом. Сотни гостей, аристократы, купцы, ремесленники, даже несколько контрабандистов в парадных камзолах, стояли в благоговейной тишине. Я стоял в центре, на возвышении. Рядом со мной были Михаил и Кира. Мы выступали не просто авантюристами. Мы были архитекторами нового порядка.

Напротив меня стояла Елена. Она была не в своем строгом деловом костюме, а в чем-то вроде церемониальной мантии, сотканной из тончайшего шелка и магического света. Она улыбалась своей тихой, всезнающей улыбкой и протягивала мне хартию, свиток, скрепленный золотой печатью герцога Лирии. Это был он. Устав новой Гильдии Свободных Торговцев. Моя победа. Триумф знаний над грубой силой и хаосом.

Я протянул руку, чтобы взять его…

И в этот момент двери зала распахнулись. Не открылись, а взорвались внутрь, разлетаясь щепками. В проеме, в ореоле слепящего, праведного света, стоял он. Праведник. Его сияющие доспехи казались раскаленными добела, а в глазах горело пламя фанатизма. Он не шел. Он наступал. Каждый его шаг сотрясал пол.

— Во имя Света! — его голос был не человеческим, а гулом колокола, возвещающего суд. — Эта гильдия, рожденная во лжи и сделках с тенью, не имеет права на существование! Она осквернена! И она будет очищена!

Он поднял свой огромный молот, и тот вспыхнул невыносимым светом.

— Отныне и вовеки, она принадлежит Праведному Гневу! Она станет нашим мечом и нашим щитом в священной войне со скверной!

Он опустил молот. Удар пришелся не по мне. Он ударил по самой хартии, по нашему союзу. Зал не взорвался. Он просто погас. Золотой свет сменился багровым заревом. Стены покрылись трещинами, из которых сочилась тьма. Смех гостей сменился криками ужаса. Я слышал, как вдалеке набатом зазвонили колокола Лирии-Порта, но это был не праздничный перезвон. Это был сигнал тревоги, сигнал бедствия. Весь город пылал. Мой идеальный механизм, моя элегантная система, превратилась в хаос и разрушение.

Я проснулся в холодном поту.

Сердце колотилось где-то в горле, а в ушах все еще стоял набатный звон. Но это был не колокол. Это была резкая, настойчивая трель смартфона. На экране, светящемся в темноте номера, горело имя.

Михаил.

Я рывком сел, пытаясь стряхнуть с себя липкие остатки кошмара. Трясущейся рукой я принял вызов.

— Да…

— Андрей! Слава богам, ты ответил! — голос Михаила на том конце был не обычным, театральным баритоном. Он был сбившимся, резким, полным адреналина. — Просыпайся, капитан! Наша тихая гавань только что превратилась в эпицентр урагана!