А я бы подчинялся Ворону, и клятва силы ничего бы не значила. Печать отменяет все клятвы. Это было написано в книге как раз под знаками.

Меня разобрал смех. Да такой, что слезы из глаз прыснули — я хохотал и не мог остановиться. Это и правда было весело: Ворон угодил в свою же яму! Да от кого — от ничтожества, которого он презирает! Ну разве не смешно?

На самом деле, совсем не смешно.

— Ори, пожалуйста, принеси успокоительное, — попросил Нил.

Потом я все еще смеялся, а Нил меня уговаривал:

— Вот и славно… Пей, Эл. Пей-пей. Молодец…

Ори взволнованно смотрел на меня, а потом поскорее забрал бокал — наверное, боялся, что я его разобью.

— Рассказывай, — потребовал Нил, когда мне стало легче. — Кого ты подчинил?

— Я не подчинял! Оно… само…

— Да? Нашелся маг, который бросился тебе под ноги и потребовал стать его господином? Или ее? — Нил задумчиво потер переносицу и внимательно посмотрел на меня. — В «нее» я, пожалуй, даже поверю.

— Да нет! Не так все было! Это отражатель — я просто отразил заклинание, чужое, я не знал, какое, я просто отразил…

— Элвин, может, еще зелья? Или ты все же готов рассказать по порядку? Чье заклинание ты отразил?

Я рассказал. Сбивчиво и путанно, и в конце Нил удивился и спросил:

— Почему ты не сообщил куратору?

Я снова был близок к истерике.

— Что? Что мне приснился сон?

— Вещий сон, Эл! Здесь это равносильно уже свершившемуся преступлению.

— И что бы Рэми сделал?

— Очевидно, донес бы Повелительнице, раз тебя собирались использовать против нее.

Об этом я не подумал. То есть о Повелительнице я не думал вообще — мне важнее было остаться в живых и, желательно, не по уши в интригах.

С первым вроде порядок, а вот со вторым…

— Еще не поздно, и это все равно придется сделать, — добавил Нил. — Отправь ему сообщение. Но сначала нужно забрать Криденса. Где ты его оставил? Расскажи поточнее.

— Забрать? Пусть убирается к своей семье!

— Элвин. — Нил взял меня за руки, заставляя смотреть в глаза. — Печать так не работает. Криденс теперьзависит от тебя. Ты понимаешь? Физически зависит. Когда печать только-только накладывают, волшебнику нельзя даже отлучаться от своего господина. Ты оставил Криденса в другой части Междумирья. Если он еще не в коме, то ему повезло.

Я похолодел. Что бы Криденс ни делал, каким бы плохим ни был, я не желал ему смерти!

— Вот что мы сделаем, — продолжал Нил. — Я сейчас отправлюсь за целителями. От твоего имени. А ты — за Криденсом. Быстрее, если не хочешь, чтобы он умер. Ори, приготовь, пожалуйста, спальню Элвина или гостевую, если она тут есть.

Дальше я не слушал. Образ дрожащего Криденса на мостовой и так был слишком свеж в моей памяти.