— Иди-ка отдохни, Элвин, — сказал Криденс, обезоружив меня в десятый, кажется, раз. — Ты и правда устал. Ошибки глупые делаешь. Я принесу тебе зелье, не забудь выпить.

— Спасибо, милорд.

Он усмехнулся.

— Иди, я еще потренируюсь.

Я убрал меч в ножны, повесил на стойку и, помедлив, обернулся.

— Если… тебе тоже некому выговориться…

— Брось, Элвин, — с усмешкой перебил Криденс. — Я уже не ребенок. Мне больше не нужен друг.

— Тогда спокойной ночи.

— Пусть тебе приснится удача, — поправил Виета. — Так говорят в Нуклии. Учись, ты теперь наш, а не… — он кивнул на стены оранжереи, — их. Привыкай.

Наверное, он прав. Через пять минут я стучал в комнату Рая. И все, что получил — это лаконичный ответ:

— Эл, пожалуйста, дай мне отдохнуть.

Я думал уйти, как он и просил. Целую минуту думал. Потом все же толкнул дверь.

Рай по-прежнему сидел у окна и смотрел на снег. В его комнате было темно, а сад внизу — наоборот, освещен. Заснеженный лес, тропинки, кованая ограда клумб, на которых сейчас, конечно, ничего не росло. Пожалуй, вид был даже красив.

— Рай, прости, но нам нужно поговорить.

Он вздохнул.

— Наверное, ты прав. Эл, я все хотел спросить… Мой отец онемел. Ты знаешь?

Я застыл.

— Мне сказали, — продолжал Рай, — что видели красивого юношу в дверях пивной. Он почему-то не решился зайти, но странно смотрел. Владелец пивной клялся, что это был шаман. Но зачем шаману мой отец?

Я молчал.

— И ты заказал для моей мамы красивое надгробие, — добавил после паузы Рай. — Спасибо.

— Рай…

Он обернулся.

— Не надо. Просто уйди, ладно? Так будет лучше.

— Но почему?

— Потому что скоро я буду называть тебя «милорд». Потому что люди вроде тебя делают больно. Я насмотрелся. И, прости меня, пожалуйста, но я больше не хочу, чтобы мне снова было больно. Давай прекратим это сейчас, пока еще можно.

— Какие люди, Рай, я не понимаю! — мне становилось все сложнее сдерживаться. — О чем ты говоришь? Объясни!

— Баронесса Литте была когда-то твоей госпожой, да? Не отвечай, это и так ясно. Тебе понравилось ее мучить? Ты теперь как они.

— Как кто? Рай, что ты говоришь, это же я…

Он покачал головой.

— Элвин, которого я знал, не тронул бы и мухи. Ты теперь шаман. И, кажется, лорд. И лжешь, все время лжешь. Нет, не говори, что все это принцесса, что дело в ней. Мы же оба знаем: что бы с нами госпожи не делали, мы остаемся собой. А теперь ты изменился. Я же по-прежнему спутник. Между нами теперь пропасть. Вот и все. — Он помолчал — наверное, ждал, что я уйду. Но я так и стоял у окна, и он продолжил: — Наверное, мне нужно сказать спасибо за то, что ты оставил моего отца в живых. Или даже меня.