Я посмотрел на часы и кивнул.

— Конечно. Можно в карете. Ори!

— Карета готова, господин.

— А это вообще кто? — шепотом спросила меня Тина. — Он зовет тебя господином, потому что ты… маг?

— Ори — мой камердинер. Но да, и поэтому тоже.

— С ума сойти… Привет, Ори! Я прошу прощения, мой брат тебя не притесняет, нет?

— Что вы, госпожа, — ответил Ори и улыбнулся. — Господин очень добр.

— Господин, — повторила Тина. — С ума сойти…

В холле нас ждал Криденс, и прежде чем я успел сказать хоть слово, Тина с улыбкой поклонилась ему.

— Я прошу прощения за… В общем, прошу прощения, Криденс. У нас тут шама… магов… Элвин, я запуталась! В общем, не любят. И очень боятся.

— Нас нигде не любят, — с улыбкой отозвался Криденс. — И везде боятся. Ты прощена. И я бы все-таки хотел сделать тебе небольшой подарок. — Он снова достал из воздуха, вызвав удивленный вздох Тины, деревянную шкатулку. Посмотрел на меня. — Элвин, успокойся, это просто краски. Взгляни сам.

Я не просто взглянул, я их проверил. Тина тоже — она захлопала в ладоши, радостно рассмеялась, а потом макнула пальцем в золотистый фермент. И закричала:

— О боже! О боже, боже, боже! Да у нас… да у нас такое не найти… Криденс, спасибо! — И до того, как я успел ее остановить, повисла у него на шее. — Спасибо тебе огромное!

Криденс порозовел, когда она поцеловала его в щеку. А я подумал, что надо поговорить с Виета, чтобы он даже не думал о моей сестре!

— Рад, что угодил, прекрасная госпожа, — Криденс донельзя галантно поклонился. — Надеюсь, ты мне расскажешь окончание той истории.

— Непременно, — Тина прижала к груди шкатулку с красками как величайшую ценность в мире. А я подумал, почему мне самому в голову не пришло подарить ей нечто подобное?

Зато Ори оказался умнее. Он в карету садиться не стал, поехал рядом с кучером. Но с поклоном передал Тине коробку (я ее тоже на всякий случай проверил).

— Шоколад, госпожа. И ваниль.

Тина обрадовалась потом потянулась было целовать и Ори тоже, но я удержал.

— Хватит, мы опоздаем. Ори, скажи кучеру, чтобы трогал.

Ресторан «Астерия» был самым пафосным заведением на Дворцовой площади. Роскошное здание, полное света, тепла и шика. Музыку можно было услышать еще на улице, и изысканной ее никто бы не назвал, как и местную кухню.

В конце концов сюда приходили не поесть. Или не только поесть.

Меня здесь хорошо знали. Еще бы! Во-первых, сплетни в столице распространяются быстро, а, во‑вторых, благодаря Шериаде, мое лицо было на передовицах всех газет. Спутник принцессы, за которого та отдала кучу денег. Спутник, который сопровождает ее повсюду. Спутник, который носит черное. Неудивительно, что Тине пришла в голову та мысль про титул. До дворца эти слухи тоже добрались.