Он не забудет, будет мстить. Не в лоб: Лядов и остальные не допустят открытой войны из-за личной обиды в преддверии рейда и противостояния с Воронами. Но в том, что месть будет, я не сомневался.

На рейде, как и Ратников? В суматохе боя со Зверем очень удобно подставить под удар или пустить шальную пулю. Нужно будет держать ухо востро. И предупредить своих.

Сам Ратников. Его выходка на сходке. Он влез в разговор, навязал нам участие в рейде. Цель его была очевидна: он точно попытается меня прикончить.

Но если убью его, не имея железных, неопровержимых доказательств его намерений для всей банды, — а таких доказательств нет, только моя уверенность, — я расколю Червонную Руку окончательно.

Сторонники Ратникова взбунтуются. Червин может не удержать контроль. Это будет риск потери всего, что он строил.

Опять же, оставлять в живых того, кто уже пытался меня убить и явно точит нож для третьей попытки, — риск еще больше. Он может ударить не по мне, а по Червину. Или по Ане.

Меня передернуло от последней мысли. Холодный укол страха, чистого и острого, пронзил всю эту умственную жвачку. Постарался поскорее переключиться на что-то иное: тревога никогда не помогала.

Мой отряд. Я думал, что мы проявим себя во время внутренней войны, но рейд был не меньшим шансом. Настоящее дело, а не уличная драка и не охрана купца.

Возможность показать себя, заработать авторитет в глазах остальных банд. И возможность добыть эти травы, из которых можно сделать эликсиры. Но если поведу их туда, где сам буду главной мишенью для Ратникова и, возможно, для Лисицына, я подставлю под удар и их.

Они доверяют мне. Я не могу использовать их как разменную монету. Нужно продумать, как разделиться на рейде, как держать их в относительной безопасности, но при этом дать возможность действовать и получать опыт.

Дальше.

Сизые Вороны. Ультиматум будет передан. Как они отреагируют? Если прогнутся и уйдут — хорошо. Но они сильны. Глава на пике Сердца. Они могут отказаться. Тогда начнется война.

Нужно ли нам будет выступать на передовой? Это опять же шанс отличиться. Но это даже больший риск, чем рейд, так как в рейде хотя бы можно будет уйти подальше от основной линии атаки, а в прямом столкновении — нет. Кто-то из семерых даже может не вернуться.

Новые смерти на моей совести. Готов ли я к этому? Я должен быть готов. Иначе зачем все это затеял?

Голова начала ныть тупой, монотонной болью. Я стоял на низком каменном мосту через узкий городской канал. Подо мной черная, почти неподвижная вода поглощала отражения редких фонарей, превращая их в дрожащие, вытянутые столбы света.