Сел на задних рядах, не желая привлекать лишнего внимания — все равно вызовут. Катерину я заметил сразу, на первом ряду. Когда вошел, она обернулась, будто почуяла выбранного ею же соперника, посмотрела, потом демонстративно отвернулась. Я не обиделся.

Когда собрались все, кто должен был, секретарь — пожилой мужчина в строгом костюме, с очками на носу — вышел на сцену к трибуне, разложил перед собой бумаги. Начал с конца списка: называл цифры, участники подходили, получали пачки облигаций, возвращались на места.

— Степан Белозеров — тысяча двести тринадцать баллов, тысяча рублей.

— Елена Маслова — тысяча девятьсот семьдесят пять баллов, полторы тысячи рублей.

Кто-то улыбался, кто-то не глядя прятал деньги во внутренние карманы. Лица были разные — усталые, довольные, равнодушные.

Секретарь поднимался все выше по списку. Цифры росли.

— Илья Зуев — две тысячи семьсот три балла, две с половиной тысячи рублей.

Илья вышел, забрал, кивнул мне на обратном пути. Я кивнул в ответ.

— Катерина Громова — восемь тысяч девятьсот одиннадцать баллов, восемнадцать тысяч пятьсот рублей.

Принцип был такой: за каждые круглые пятьсот баллов — пятьсот рублей премии. Плюс за каждые пять тысяч баллов еще десять тысяч рублей сверху.

Юрия снова не было, так что после Катерины остался только я.

— Александр Червин. Двадцать две тысячи пятьсот баллов.

Несмотря на то что этот результат уже ни для кого не был новостью, все равно раздались удивленные и восторженные шепотки. Я встал, пошел вперед. Секретарь сверился с таблицей, поднял очки на лоб, перечитал цифру, будто проверял себя. Потом назвал:

— Шестьдесят две тысячи пятьсот рублей.

В зале стало тихо. Кто-то выдохнул, кто-то замер с открытым ртом. Секретарь протянул мне пачку плотных бумаг — облигации Имперского банка. С водяными знаками, с печатями, с номерами. Бумага была шершавой, плотной, пахла типографской краской.

Пальцы слегка дрожали. Сумма превышала годовой доход всей Червонной Руки. Я еще никогда не держал в руках столько денег. Спрятал пачку в сильно оттопырившийся внутренний карман, где уже лежал жетон участника, и вернулся на место. Краем глаза видел, как Катерина проводила меня взглядом, но не обернулся.

Секретарь разложил следующие бумаги.

— Теперь награды за места.

Он сделал паузу, обвел взглядом зал.

— Третье место. Катерина Громова.

Катерина снова вышла на сцену ровным шагом. Секретарь передал ей кинжал в простых ножнах из темной кожи. Она вытянула лезвие на ладонь — металл блеснул, на лезвии проступил слабый узор, похожий на иней. В моем духовном зрении оно отчетливо светилось энергией. Духовное оружие.