Я застегнул пряжку, проверил, плотно ли сидит. Не давит ли, не трет ли. Ошейник лег ровно, прильнул к шерсти, и я почувствовал, как из него выплеснулась волна Духа — короткая, острая. Вирр вздрогнул, но не дернулся.

Из-под ошейника по шерсти расползлась тонкая зеленая волна. Она прошла по загривку, плечам, исчезла под шерстью. Вирр тряхнул головой, чихнул, облизнулся и успокоился.

— Это был последний вопрос на повестке дня, — сказал Борис, обращаясь ко всем участникам экзамена. — Теперь всем разойтись.

Я поднялся, потрепал Вирра по загривку. Он ткнулся носом в ладонь, коротко лизнул запястье.

— Пошли, — сказал я ему.

Мы развернулись и пошли к палаткам. За спиной слышалось, как расходятся остальные: шаги, приглушенные голоса, скрип снаряжения. Кто-то окликнул парня с рысью — тот ответил коротко, не останавливаясь. Девушка с вороном прошла мимо, не глядя в мою сторону.

Я оглядел лагерь.

Участники расходились кто куда. Кто-то направлялся к складу, где уже выстроилась очередь из синих форм — человек пятнадцать, не меньше. Кто-то сворачивал к палаткам, неся в руках свертки с экипировкой: спальники, палатки, туго скрученные рулоны брезента.

Несколько человек уже шли к воротам, не желая терять время. Их фигуры быстро растворялись в вечерних сумерках за частоколом, только мелькнули силуэты в проеме и пропали.

Я прикинул. Те, кто ушел сейчас, успеют уйти дальше всех. Но я не торопился. Моя охота должна начаться тогда, когда это будет выгодно мне.

С другого конца плаца мне махнул Илья. Он стоял у крайней палатки, перекинув через плечо пустой рюкзак.

— Саша! На склад пойдем вместе?

— Идем, — кивнул я.

Склад стоял у самой стены — здание из толстых бревен, с низкой дверью и маленькими окнами под самой крышей. Крыша из драни кое-где поросла мхом. Над дверью — табличка с выцветшей краской, читалась с трудом.

Внутри пахло кожей и металлом. На полках вдоль стен — ряды рюкзаков, спальников, свернутых палаток. В дальнем углу — ящики с кресалами, флягами, котелками. За стойкой — пожилой интендант с усталыми глазами и седыми усами. Форма на нем поношенная, но чистая, рукава закатаны до локтя.

Он принимал жетоны, сверял номера по списку, выдавал снаряжение. Двигался медленно, без лишних движений. Каждую вещь обязательно проверял, прежде чем отдать.

— Жетон, — сказал он, когда мы подошли.

Протянул ему металлическую пластину. Интендант повертел ее в пальцах, поднес к лампе, сверил номер по списку, лежащему на стойке. Кивнул.

— Рюкзак, палатка-одноместка, спальник, кресало, фляга, нож, карта, котелок, миска, кружка, ложка. — Он выкладывал предметы на стойку, двигаясь отработанно. — Проверь.