Появление брата из спальни Роуэн отвлекло меня. Взлохмаченный и полуголый, он нёс в руке футболку, а его штаны были расстёгнуты, когда он вышел, ухмыляясь до ушей. Выражение глубокого удовлетворения на его лице, запах, окутывавший его, и звуки, доносившиеся из её комнаты ранее, сказали мне всё, что нужно было знать.

Он подошёл и плюхнул свою массивную тушу на стул напротив меня. Стул протестующе скрипнул, отчаянно пытаясь выдержать его вес. Его привычная мрачность, казалось, рассеялась — так, как это удавалось сделать только Роуэн.

— Вызывает зависимость, не так ли? — спросил я вслух.

Как наркотик. Она приняла мой узел. Такая тугая. — ответил Киллиан, предпочтя язык жестов словам.

— Хорошо. Ей нужно, чтобы её связали узлом ещё несколько раз, прежде чем у неё снова начнётся течка. Она должна быть готова принять всё, что мы ей дадим. Её телу это будет необходимо.

— Я доброволец, — вызвался Райкер, вразвалочку заходя на кухню в поисках ночного перекуса. Он порылся в шкафчиках, выудил несколько печений с шоколадной крошкой и уселся рядом с Киллианом. Киллиан территориально зарычал на Райкера, который лишь усмехнулся: — Спокойно, Здоровяк, — и похлопал его по плечу.

— Я слышал, как ты связывал Котёнка узлом. Рассказывай всё. Её киска сама тебя засосала?! — спросил Райкер, поправляя стояк, и продолжил: — Блядь, мой звёздный игрок просто изнывает по её пизде. Я устал от того, что мне только сосут. Следующим её трахаю я, сто процентов. Кейд сказал, что я первый в очереди на её девственную задницу.

Киллиан снова зарычал на его грубость, сбросив руку Райкера со своего плеча. Я никогда не видел его таким опекающим по отношению к кому-либо, кроме меня, разумеется. Мы с Киллианом всегда прикрывали друг друга. Он определённо удивил меня раньше, когда вынес эту маленькую дрянь из комнаты, несмотря на мои настояния, что её нужно немедленно наказать за разбитые кружки.

Не сейчас. Она плачет, — показал он мне тогда, твёрдо уверенный, что ей нужно утешение, а не корректировка поведения.

Поскольку мы редко спорили, я уступил и позволил ему забрать её, обдумав его слова. Нуждалась ли Роуэн в большем утешении? Стоило ли нам сменить тактику, чтобы она лучше адаптировалась? Её кошмары учащались, вероятно, спровоцированные скрытой травмой и внезапной потерей той жизни, которую она знала.

С другой стороны, омеги нуждались в дисциплине; без неё они становились капризными, дерзкими и беспокойными. А она определённо ставила галочки по всем этим пунктам.

С Роуэн было сложно понять, действительно ли она становится более покорной, или просто продолжает играть роль, особенно после той выходки, которую она устроила. Контролировать и манипулировать её эмоциями оказалось куда сложнее, чем я ожидал. Учитывая её талант ко лжи и притворству, заставить её подчиниться было той ещё задачкой. Я потёр виски; раздражение нарастало.