— Котёнок, хватит отвлекаться на Киллиана. Сосредоточься на мне, — сказал Райкер, дёрнув меня за волосы и возвращая моё внимание к себе.
Второй рукой он держал свой хуй, направляя его к моему рту и потираясь головкой о мои губы, после чего приказал: «Открой».
Как только мои губы разомкнулись, он надавил мне на голову и толкнул член вперёд, проталкивая его мне в горло и заставляя давиться. Я запаниковала, осознав, что не могу дышать, и забилась в его хватке, пытаясь вытолкнуть его из своей глотки.
Откуда-то сзади Кейд рявкнул:
— Райкер, прекрати.
Райкер отстранился ровно настолько, чтобы я снова смогла дышать, и я уставилась на него, кипя от злости.
— Извини, босс, просто ротик Котёнка такой охуенный, что я не сдержался. Я буду с ней нежным, обещаю, — сказал он и подмигнул мне, что ясно дало понять: скорее всего, он врёт.
Я широко раскрыла челюсть, обхватывая его. Его член был таким бархатистым на моём языке. Я неуверенно задвигалась вверх и вниз по стволу, с силой обсасывая грибовидную головку, когда доходила до верха. Райкер зашипел сквозь зубы — знак того, что ему нравится то, что я делаю, поэтому я повторила. Он был настолько огромным, что у меня заболела челюсть, и я изо всех сил старалась дышать через нос. Он направлял мою голову кулаком, сжимающим волосы. И как только я приноровилась и начала двигаться в ритме, который, казалось, доставлял ему удовольствие, Киллиан скользнул своим гигантским пальцем в меня.
Глава 17: Киллиан
Так мокро. Так туго.
Я засунул палец в её пизду.
Она застонала, и ей это понравилось.
Я хотел, чтобы ей понравилось. Я хотел, чтобы ей было хорошо, чтобы она меня не боялась.
Когда я пометил её, она была в ужасе. Я не хотел причинить ей боль. Мне было нужно, чтобы все видели мою метку и знали, что она моя.
Я попытался засунуть ещё один палец, отчего Журавлик заскулила.
Её нужно было растянуть.
Её нужно было растянуть для моего узла.
Хуй Райкера был у неё во рту.
Он говорил ей, как хорошо она справляется.
Он говорил ей, какой мягкий у неё девственный ротик.
Он слишком много болтал.
Я хотел, чтобы он заткнулся.
Я хотел слышать все те приятные тихие звуки, которые слетали с губ Журавлика.
Я подумал о том, чтобы убить щенка за то, что он трогает моё.
Я напомнил себе, что Райкер — один из нас.
Райкер — это стая, повторил я, чтобы не убить его.
Но это не помешало мне зарычать на него, когда она подавилась.
Он был с ней слишком груб.
Она была хрупкой.
Ему было плевать, он лишь трахал её глубже в горло.
Мне не нравилось делить её с ним.
Обычно я делился только с братом.