Большинство мужчин на его месте заерзали бы. Большинство потребовали бы вернуть своё место или хотя бы вздрогнули от такой вопиющей неуважительности. Но только не Золкос.

Он даже не моргнул.

Видел ли я когда-нибудь, чтобы он моргал?

Именно это тревожило меня больше всего. Что бы я ни делал — вторгался в его пространство, бросал вызов его авторитету или обращался с ним как с подчинённым — он никогда не реагировал. Ни возмущения, ни дискомфорта. Только этот холодный, нечитаемый взгляд, как у кошки в банке, словно что-то жизненно важное за его глазами было навсегда выключено.

Я откинулся в его кресле, устраиваясь поудобнее, всем своим видом показывая, что я здесь хозяин.

По-прежнему никакой реакции.

Двадцать семь лет этот человек действовал мне на нервы.

Этот тип всегда был, блядь, странным.

— Я здесь, чтобы обсудить омегу. Рассчитываю, что результаты её анализов у вас уже на руках.

— Да. Вот они, — сказал он, поднимая планшет. — Я как раз их просматривал.

— И?.. — подстегнул я его, не скрывая нетерпения.

— И они подтверждают мои первоначальные выводы. Когда я прогнал её ДНК, я узнал эту последовательность. Она идентична «Пациенту Ноль». Визуальное сходство между ними поразительно. Скорее всего, её внешность — это узнаваемый признак, сформированный геном Огненного Сдвига.

Он помолчал, а затем добавил:

— Почему она не проявляет способностей, типично ассоциирующихся с этим геном, пока неизвестно. Мне нужно собрать больше информации. Большая часть исходных файлов была утеряна или уничтожена с годами. Очень немногие вообще знают, что этот проект когда-либо существовал. У меня больше нет образцов «Пациента Ноль». Чтобы продолжить, мне нужно отправиться на старую базу Пограничного фронта, чтобы извлечь всё, что смогу.

— А что насчёт истории омеги?

— Она родилась в больнице «Мерси Дженерал», здесь, во Фэлкон-Сити. Всё выглядит чисто, за исключением её статуса. Я не знаю, как она могла быть зарегистрирована как бета, если только кто-то не получил доступ к нашей системе или не подделал результаты анализов в больнице.

Он задумчиво постучал по планшету. — Оба её родителя мертвы. Вполне вероятно, что её отец сыграл роль в подтасовке. Он был врачом и, судя по всему, принимал роды сам. Я просмотрел его досье сегодня утром. О матери у нас мало данных, но из того, что я нашёл, они оба считались достойными гражданами Новой Арки. Мать была учительницей в средней школе.

Золкос уставился на меня. Его глаза были чёрными, как бусины. Холодок пробежал по моей спине. Он молчал. Просто сидел. И смотрел.