Волков быстро стал перебирать какие-то бумажки. Торопливо заговорил:

— Я тут поднабросал кое-какие планы относительно будущих занятий. Не хотите ли взглянуть и…

— Дима… — вздохнул Муха. — Подобная углубленная тактическая подготовка — это азы работы в малых группах. Предварительная подготовка подразделения к началу занятий, предполагающих боевое слаживание. Как учить бойцов слаживанию, если они даже с собственным телом совладать не могут?

Волков не ответил. Только мелко отрицательно покачал головой — не знаю, мол.

— Мы привыкли, что боевое слаживание и навыки работы в таких группах вырабатываются у бойцов сами собой, со временем. Мотострелкам этого вполне хватает. А Селихов, по всей видимости, решил ускорить этот процесс. Я нахожу его действия обоснованными. За два дня слаживания не добиться. Он и сам это знает. Но вот друг к другу бойцы привыкнуть успеют. Мне пока что этого достаточно. А там глянем.

Волков замер в некотором замешательстве. Когда Муха отвернулся, зам снова принялся шуршать бумажками.

— И все же мои идеи по огневой подготовке могут показаться вам интересными. Может, взгляните?..

— Дима… — уже несколько раздраженно, и не отрываясь от карты, бросил ему Муха. — Как ты оцениваешь результаты боевой подготовки взвода в целом?

Волков задумался.

— Ну… Удовлетворительными?

— Это вопрос?

— Удовлетворительными.

— А я оцениваю на уровне выше среднего. А вот отделение Селихова нуждается в определенной адаптации. Он как раз этим и занят. Еще вопросы есть?

Волков сглотнул.

— Нет, товарищ старший лейтенант. Больше вопросов не имею.

— Ну и хорошо. Не забивай себе голову, Дима. Ты по-прежнему мой зам. Вот и занимайся своими прямыми обязанностями. А Селихову оставь его обязанности.

— Есть оставить Селихову его обязанности, — несколько понуро бросил Волков, немного погодя.

— Вот и хорошо, — Муха поставил на карте пару отметок карандашом. Потом замер. Обернулся.

Волков, тем временем, уныло собирал свои бумажки.

— Дима.

— Я, товарищ старший лейтенант? — поднял он на Муху взгляд.

— Я слыхал о том, что сегодня днем случилось у вас с Селиховым, — взгляд Мухи стал строже. — Ты это дело кончай. Нечего сор из избы выносить на глазах всей крепости. Ясно?

Волков сконфузился.

— Так точно, товарищ старший лейтенант.

— Ну и хорошо. Лучше готовься к завтрашним политзанятиям. Нам нужно посвятить взвод в курс предстоящего дела.

* * *

— Мы не знаем об этом человеке ничего, — сказал Муха, заложив руки за спину. — Вернее, ничего, кроме прозвища. Он ведет проповеди под именем Муаллим-и-Дин. Это значит — Учитель Веры.