Ночлежка Клето находилась прямо за рынком, в небольшой пристройке на крыше одного из двухэтажных домов плотно прижавшихся к друг другу у края рынка. Ловко забравшись по ящикам и настилу на соседний дом я перепрыгнул на крышу здания, где и ночевал Клето, постучав в дверь.

Но первое, что я увидел когда дверь открылась, это блеснувшее на солнце остриё арбалетного болта, потом голую грудь обнаженной Валери, она стояла сверкая идеальной фигурой, с небольшим ручным арбалетом, который используют всадники. Уткнув острие болта мне в основание подбородка.

— А, Дарий. Как жизнь.

— Аэээм. Ну… — Совершенно сбивающее с толка зрелище, скажу я вам по секрету.

— Что такое, ты что-то хотел? Спросила она своей чарующей ироничной полуулыбкой, совершенно не стесняясь, и продолжая держать меня на прицеле.

— Это, меня большой Бен послал. Нас с Клето ждет донна Леона.

— Аааа, ну проходи.

Клето обнаружился сидящий на кровати с мечом в руках и обнаженный по пояс, он похоже в отличии от Валери успел натянуть штаны, увидев меня он успокоился и отложил свой клинок. Протянув руку, чтобы схватить за задницу, проходившую мимо опасную красавицу. Но ребро ладони Валери стремительно ударило по его гортани, и Клето, зашипев от боли, откинулся назад, пытаясь вдохнуть.

Женщина, усмехаясь, глядя на то, как ее партнер пытается восстановить дыхание, и ударила его подъемом стопы в губы. Не так сильно, чтобы выбить зубы или сломать шейные позвонки, но достаточно для того, чтобы разбить его губы в кровь и получить от этого действа удовольствие.

— Достаточно с тебя?

Он сплюнул кровь, улыбнулся так, что стали видны покрасневшие от крови зубы.

— Вернись, я все прощу.

— Перетерпишь.

— Тварь! — сказал без злобы, с удовольствием и облизал разбитые губы, наблюдая за тем, как она ищет разбросанную по полу одежду.

— Тебе чего? — Спросил он у меня. — Ты должен сидеть у Большого Бена.

— Уже нет. Теперь мы должны явиться пред светлые очи начальства.

Валери усмехнулась смотря на меня, натягивая одежду:

— А мне нравится твой парень.

— Ты для него уже старовата.

— Но-но-но. — Она помахала пальчиком. — Не стоит оскорблять девушку, а вдруг я обижусь.

— Садись, — он похлопал рядом с собой по кровати, больше не обращая на нее внимания. Скорчив ехидную рожу смотря на меня.

Когда я сел, он положил мне руку на плечо, нависнув сверху, приблизив свою хитрую физиономию, улыбаясь от уха до уха спросил, обдав перегаром.

— Мне вчера сказали, что ты нашей бешеной кошечке сказал, чтобы она нагнулась и разделась, а ты будешь с ней нежным. Это правда?

— Да. Только я имел в виду, что мне надо зашить ей раны. А не то, что ты подумал.