Я поблагодарил друга за помощь и пообещал, что завтра мы обязательно встретимся. Сам же пошел в сторону центрального входа. Уточнив у привратников на входе, где именно библиотека. В дверях я чуть не столкнулся с компанией молодых костеродных, которые высоко задрав голову шли с надменным видом. Я был чист и хорошо одет, но они одарили меня таким взором словно кучку навоза увидели, хотя с их точки зрения я ей и являлся. Пройдя вестибюль по стеночке, обходя молодых костеродных, которые ходили все группами словно соревнуясь между собой дорогими шелками пошитыми по последней моде, и кичась целыми состояниями надетыми в виде украшений, одаривая друг друга высокопарными уничижительными словами и издательскими замечаниями. Больше похоже на какую-то богато украшенную змеиную яму. Я нырнул в спасительные огромные резные створки библиотеки. У входа стоял пустой стол и никого вокруг, только огромные длинные стеллажи полные разных книг и фолиантов, ячейки со свитками, и запах. Запах старых пыльных книг. Я закрыл глаза и вдохнул полной грудью этот пьянящий запах. Открыв глаза я увидел недалеко от меня чуть приоткрытую дверь с табличкой «Смотритель библиотеки — Мастер Руфус».

Подойдя, я слегка постучал по двери, но никто не откликнулся, так что открыв дверь я зашел в кабинет. За широким деревянным столом в центре, почти скрытый качающейся стопкой пергаментов, с пером между жирными пальцами, сидел сам смотритель библиотеки, он что-то писал, старательно выводя гусиным пером завитушки каллиграфии. Я оглянулся вокруг, нормальный кабинет рабочего человека. Бардак в кабинете смотрителя был полный. Свитки лежали везде — на всех свободных поверхностях, книги, какие-то старинные карты с рунными кругами. Сам он был так увлечен записями в толстой прошитой тетради, что даже не заметил моего появления.

— Господин смотритель…– я прошел вперед, аккуратно перешагивая разбросанные фолианты на полу, и постучал костяшками пальцев о край столешницы его стола. — Мастер!

Пахло старыми книгами, было много пыли, я невольно чихнул вдохнув ее. И он наконец-то обратил на меня внимание недовольно подняв взгляд.

— Тебя стучать не учили?

— Прошу прощения, но я стучал дважды. Вы не слышите.

— Чего? Говори громче, что ты там мямлишь.

Я кашлянул в кулак и набрав воздуха уже громче ему сказал.

— Я говорю, что я дважды стучал, но вы не слышите.

— Не ори, я не глухой. — Проворчал этот старый хрыч. — Чего тебе надо, не видишь я занят?

— Мне надо посещать библиотеку.

— Серебряный в день и она в твоем распоряжении. Книги беречь, и не портить. Если испортишь, оплатишь в тройном размере. Закрываемся как прозвучит седьмой удар колокола.